Онлайн книга «Доктор Пышка для бандита. Я тебя не отпускал!»
|
— Тебе нельзя вставать, — машинально выдохнула. — Швы разойдутся. — Не разойдутся, Малышкина, — не слишком устойчиво, но он шагнул на меня, заставив попятиться обратно в палату. Я не сопротивлялась — бывший одноклассник весит, как шкаф, и если бы я начала бороться, мы бы оба упали. Дагаев зашел за мной и повернул замок в ручке, запирая. Щелчок. — Нет, даже не думай! Немедленно открой! — тут же потребовала. — Тихо, булочка, — он хищно усмехнулся. Он облизнулся, фигуру мою черным взглядом окинув. И начал расстегивать джинсы. — Помоги принять душ. — Тебе нельзя мочить повязку, — я уставилась на его грудь, горячую, мокрую от пота, с татуировками, которые я не хотела рассматривать, но рассматривала. — А мы аккуратно, — он шагнул на меня и притянул к себе. Прижал к горячему телу. Я никогда еще не видела, чтобы в человеке было столько сил, столько мощи, он пышет властью, он на какой-то запредельной энергии держится, черной, порочной... — Я уже сказал, что этой ночью тебя попробую. И меня не остановит ничто. У меня колом стоит на тебя, такую сочную. Ничего поделать с собой не могу. Я открыла рот, чтобы послать его в известном направлении! Но не успела, он толкнул меня к двери душевой, навалился сверху. В губы мои жадно впился. Створка распахнулась, и мы провалились в темноту ванной. Глава 3 Дверь душевой захлопнулась за нами, отрезала даже неяркий свет ночника, что горел в палате. Внутри было темно, тесно, пахло хлоркой и кафелем... И Дагаевым— кровью, табаком, мужским парфюмом и потом. Я ударилась спиной о холодную стену. И в темноте этой совсем потерялась. Он целовал жарко, голодно, на грани. Господи! Мужские губы вжимались в мои с отчаянной силой, язык требовательный, наглый, проникал без разрешения. — Пусти! Хотела вырваться, но он поймал мой подбородок пальцами, сжал. В темноте ничего не видно, только чувствуется. Его дыхание. Его губы. Его руки. Одна — на талии, сжала бок, там, где мягко, где я вечно прячу под бесформенными халатами то, что считаю лишним. Мужские пальцы тело мое исследовали в темноте. — Какая же ты мягкая, Малышкина, — прошептал он мне в губы, щеки языком коснулся — И горячая. — Дагаев, отвали сейчас же! — Нет, булочка. Как же выпустить такую из рук? Сначала я везде тебя поцелую. Потрогаю, — он прикусил мочку уха, и меня током прострелило от макушки до пяток. Боже! Дай мне сил оттолкнуть этого мерзавца! Этого бандита, хулигана из моего прошлого, из-за которого я страдала! Но он продолжал целовать шею, скулы, губы... И ужасная мысль вдруг ударила меня, как пощечина. Как же я сильно истосковалась по мужским рукам! Ведь Антон давно не прикасался ко мне... Не так. Не по-настоящему. Он говорит: «Устал, Лин», «Голова болит», «В следующий раз». Он ложится со мной в одну постель каждый вечер и целует в лоб. И этот его следующий раз я уже полгода жду. Он не говорит про мой вес. Но он и не хочет меня. А эта сволочь — хочет! Я чувствую каждой клеткой желание мужского тела, прижатого к моему. И даже не заметила, как он расстегнул мои белые джинсы... Господи, нет уж, я этого не допущу никогда! — Не смей, руки убери! — у стены забилась. — Дагаев, нет! Прекрати, я серьезно! — Я тоже не шучу, — его усмешка низкая, хриплая, голос полон огня. Пальцы у него ловкие, быстрые — бандитские пальцы, привыкшие к оружию, к деньгам, к женщинам. Его ладонь скользнула по моему животу ниже, к резинке трусиков. |