Книга Доктор Пышка для бандита. Я тебя не отпускал!, страница 19 – Дана Блэк

— Сдавайся, пышка, — прошептал он, отрываясь на секунду. — Я вижу, ты готова.

Проклятье... я сдамся этому мерзавцу — и жалеть буду, винить себя, не стоит это одноразовое удовольствие месяцев мучений, нет! Я и не прощу себе потом, он в школе повел себя со мной как последний засранец!

— Постой, — вцепилась в его широкие плечи. — Дагаев, остановись! Только не здесь! Лифт починят — и мы зайдем ко мне.

Его рука сжалась на моем подбородке, пальцы коснулись губ.

— У тебя же там подруга дома? — усмехнулся он. — Я уже поднимался, пока тебя не было.

— Подругу отправлю домой, — пообещала.

— А жених твой? — его пальцы сильнее сдавили подбородок. — Где он? Вы расстались?

— Не твое дело, Дагаев, — сбросила его наглую руку и с трудом протиснулась мимо него, наступила на пакет, который он в угол бросил, и звякнула бутылка.

— Что там у тебя, вино? — в его голосе появились хищные нотки. — Это нам пригодится.

В темноте различила, как Дагаев наклонился, зашуршал пакет. Он достал бутылку и скрутил крышку.

— Красное полусладкое, — Дагаев сделал глоток и протянул мне бутылку. — Угощайся, пампушка.

Хмыкнула и отобрала вино. Сладко, чуть терпко — то, что нужно, чтобы расслабить мои расшалившиеся нервы.

Я сделала еще несколько глотков.

— И что там все таки с твоим женихом, Малышкина? — вкрадчиво спросил Дагаев. — Проблемы в отношениях? Неужели не оценил такую пышку? Я вот, наоборот, люблю, когда много всего. И есть за что подержаться, — его лапа снова скользнула мне на бедра.

— Может, хватит? — ударила его по руке, разозлилась. — Это неприлично — постоянно напоминать мне про мой вес!

— А ты себя стесняешься, что ли? Такого тела? — он выхватил вино из моих рук. — Так, не могу я ждать до квартиры. Хочу в тебя!

Вино уже ударило мне в голову. Стало жарко. И когда мужские губы набросились на мои с поцелуем — теплым, жадным, с привкусом вина — сопротивление мое слабое сломалось голове все плыло. Горячий язык поникал в мою рот, пальцы расстегивали пуговицу на моих джинсах.

Темнота, и мы заперты в лифте, будто в каком-то порочном, сладком сне...

Опомнилась я, когда услышала вжикание ширинки.

— Дагаев, стоп! — вскрикнула, уворачиваясь.

— Поздно, пышка, — он резко развернул меня и прижал грудью к стене. Я упёрлась ладонями в холодный металл. Он рывком дернул по бедрам джинсы вместе с трусиками, и холодный воздух ударио по коже. Его ладони — горячие, широкие — легли на мои ягодицы. Раздвинули.

И отвесили звонкий шлепок.

— Нет, не смей! — взвизгнула.

Я не оттолкну его.

Я горела уже.

Боже мой!

Кабина вдруг дёрнулась.

Загудела.

Вспыхнул режущий свет.

И лифт поехал.

— Как невовремя, — прорычал Дагаев и сзади меня обхватил, притянул к себе. — Терпеть не могу, когда мешают.

— Отпусти! — Вырвалась из его рук со всей силы. Дёрнула джинсы вверх. Я еще щурилась от резкого света, который по глазам бил, когда двери с мелодичным звоном открылись

И ахнула.

На площадке возле моей квартиры, с ключами в руке, стоял Антон.

Антон переводил взгляд с меня на Дагаева. И в открытый лифт за нашей спиной, где валялся мой пакет и стояла початая бутылка вина. Глаза у бывшего округлились, лицо побледнело, он стоял и теребил ключи и снизу вверх зыркал на моего одноклассника, который был раза в два крупнее его.