Книга Порочные пожарные для булочки, страница 25 – Бетти Алая

И с улыбкой покидаю квартиру.

Но стоит мне выйти на лестничную клетку, как всё настроение мгновенно улетучивается.

Из соседней квартиры выплывают «они». Слава привычно тискает Ленку, а та притворно хихикает, косясь на мою дверь.

Старательно игнорирую парочку, но ключи по закону подлости завалились на самое дно сумки.

— Привет, Лада! — раздается ядовитый голос соседки. — Ого, какие ботинки! Косплеишь йети или просто решила добавить объема там, где его и так с избытком?

Стискиваю зубы, продолжая раскопки в сумке.

— Ты, кстати, моему мужчине должна, — не унимается Ленка. — И мне тоже. Мой гардероб стоил приличных денег, а ты его просто сожгла. Уголовщиной пахнет, не находишь?

Наконец нащупываю ключи, и на душе вдруг становится удивительно спокойно.

Разворачиваюсь и смотрю прямо на Лену.

Слава при виде меня вжимает голову в плечи.

Видимо, вчерашние уроки Ника по физике в грязном снегу усвоены на «отлично».

— Знаешь, Лен, я долго думала, как отблагодарить тебя за то, что ты вынесла из моей квартиры этот мусор, — киваю на Славика, который в этот момент подозрительно напоминает вчерашний блин, забытый на сковородке. — А насчет вещей… считай это платой за утилизацию. Обычно за вывоз хлама платят больше, так что мы в расчете.

— Ты мне угрожаешь, пышка?! — Ленка задыхается от возмущения, делая шаг вперед.

— Зачем? Ты и так наказана. Он теперь твой, — одариваю её самой лучезарной улыбкой и поправляю воротник. — Кстати, Слав, когда будешь в следующий раз обещать ей «вечную любовь» смени пластинку. А то даже у Ленки может возникнуть чувство дежавю.

Наслаждаюсь тем, как лицо бывшей подруги вытягивается, а Слава начинает усиленно изучать трещины на потолке.

— Вы идеальная пара, — добавляю, уже вставляя ключ в замок. — Один не знает, что такое верность, вторая ничего не слышала про чистоплотность. Прямо экологический проект по переработке отходов. Спасибо, что освободили место для настоящих мужчин!

Закидываю сумочку на плечо, вздергиваю подбородок и прохожу мимо обалдевшей горе-парочки. Ленка пытается что-то вякнуть, но Слава одергивает ее.

До меня доносится его шепот:

— Лен, хватит! Оставь ее…

— Ты что, обурел?! — шипит она в ответ. — Или ты правда ее боишься?

Дальше уже не слушаю.

Спускаюсь вниз. Светит солнышко, белый снег искрится в его лучах. Настроение снова на высшей планке.

В «Сладких булочках» уже вовсю хлопочет тетя Надя. Я стягиваю куртку.

— Доброе утро! — здороваюсь. Моя помощница выныривает из-под прилавка, в ее руках тряпка.

— Ладушка! Ты прямо светишься! Доброе-доброе, — она прищуривается, — вечер прошел продуктивно?

— Очень, — смущенно улыбаюсь, — теть Надь, как там наши круассаны? На расстойке не передержали? Я ещё с порога почувствовала, что ваниль чуть перебивает аромат корицы — проверьте настройки температуры.

— Да, сейчас все сделаю! — она семенит к служебной двери, затем останавливается. — Такие красавцы за тебя вчера заступились. А кто они, рассказывай!

Только открываю рот, как звенит дверной колокольчик, оповещая меня о первом клиенте. Разворачиваюсь и замираю.

— Доброе утро, — знакомый хриплый бас роняет мое сердечко в пяточки. Ник…

Бабочки начинают порхать с неистовой силой, к горлу подступает ком. По телу проходит неконтролируемая дрожь. От одного его голоса внутри все сладко сжимается.