Книга Тень серого дома, страница 55 – Галина Ивина

В течение следующих двух часов он тщетно пытался уснуть, но его душили страх и боль от потери Эрна. Такие яркие, как в самый первый день. В его голове постоянно крутилась фраза про условие обряда по изгнанию «Ночного убийцы». В нем говорилось, что теперь он никогда не перестанет страдать из-за смерти Эрна. Как же скверно…

Клим свернулся калачиком, скомкивая одеяло, и разрыдался.

Клим сидел у окна, подтянув к себе согнутую ногу и обхватив ее рукой. Не самая удачная поза, учитывая гипс, но с ним все было неудобно делать. Клим уже мечтал поскорее его снять.

После ночного происшествия он был совершенно опустошенным и бесконечно одиноким. Ему казалось, что весь мир от него отвернулся. Это было гадкое ощущение, которое напоминало ему об уходе отца. Он снова чувствовал себя таким несчастным и брошенным… Но больше всего его терзала смерть Эрна.

Черт! Если он не придумал себе «Ночного убийцу», если все написанное о нем в справочнике правда, то до конца жизни он будет находиться в таком состоянии.

Чтобы забыться, он с самого утра читал дневник Чудкова. Ему хотелось отвлечься от собственных мыслей и проникнуть в мысли такого же отшельника. Почему-то ему казалось, что между ним и Чудковым есть что-то общее. Ему не нравилось это сравнение, но оно возникало снова и снова.

Ему хотелось найти что-то целостное, доказывающее, что все эти монстры, все смерти… возникли не просто так. Что за ними кроется нечто более важное, чем сама жизнь. Но на страницах дневника все чаще встречались диковатые мысли о мировом господстве и мести.

С каждым днем Чудков глубже погружался в собственные извращенные фантазии и размышлял о том, как и кого убьет. Его злил каждый встречный человек, он хотел убить всех жителей города. Он писал о том, что планирует выпустить разом всех монстров на свободу, отчего каждый из них утроит свою силу и ярость. Ему осталось только собрать карточки тех, которых он выпустил в ходе различных экспериментов.

Устав читать дневник «буйнопомешанного», Клим с долей отвращения его отложил.

Под окнами шелестели листья осины. А под ней дежурили двое громил, которых оживил Чудков. «Крыша» – так про себя прозвал их Клим. Он почти не сомневался, что именно они скидывают людей с крыши. Поэтому они и его туда приглашали, когда пытались поймать во дворе. Наверное, Эрна тоже. Хотя…

Парень поймал себя на несоответствии. Эрн говорил, что его убила «крыша», но тогда он бы погиб от падения. Интересно, призраки путаются в своих воспоминаниях?

Мужчины на улице одновременно подняли головы и посмотрели на окно Клима. Тот едва успел отшатнуться, чтобы остаться незамеченным. Черт! Как же ему незаметно выйти на улицу?

Звонок в дверь прервал его размышления. Убедившись, что «крыша» на месте, Клим пошел открывать. На пороге стоял тот, кого он хотел видеть еще меньше, чем подозрительных мужиков.

— Что надо? – Клим обошелся без приветствия. Потенциальному убийце они не полагались.

Август неуверенно переминался с ноги на ногу.

— Хочу извиниться.

Клим от такой наглости обалдел.

— Серьезно?! Собирался меня прикончить, а теперь извиняешься?

— А что еще надо делать? – вскинулся Август.

Клим вспомнил, что начался четвертый день из девяти отведенных на спасение Эрна, и слегка поостыл.