Книга Сага о викинге, страница 381 – Александр Мазин

— Я его тебе подарю, – пообещал я через «переводчика».

— Именно кобелька! – уточнил Арман.

Я закивал энергично. Подарю, без вопросов.

Арман некоторое время молчал. Наши лошади шли так тесно, что я время от времени касался коленом Арманова жеребца.

— Жанет сказала мне, что твои раны не сделали тебя худшим любовником, – наконец произнес Арман после двухминутного молчания.

Я никак не отреагировал. Мою подружку зовут Филиси.

— Жанет – это кто? – озвучил Вихорек.

— Моя возлюбленная, – последовал ответ.

Это что – шутка такая?

— Мой господин клянется, что даже не прикасался к ней! – озвучил Вихорёк.

Неужели дело в ревности? Жанет… Что за поклеп?

— Они с Филиси – сестры, – сказал Арман. – И очень дружны – всё друг другу рассказывают. Мы не раз обсуждали их болтливость… – Он чуть придержал коня и оказался на полкорпуса позади моей лошадки.

— У меня появились подозрения, когда ты схватился с де ла Брисом, – произнес он после долгой паузы. – Я поговорил с Жанет. А она поговорила с Филиси. А сегодня приехал и расспросил рабов… – еще одна долгая пауза.

Я тоже придержал коня, догадываясь, к чему он клонит, лихорадочно пытаясь отыскать подходящие оправдания. Сотрясение мозга? Проблемы с памятью?

— Мне не хотелось верить, – продолжал между тем беллаторе, – но только что ты сам дал последнее доказательство. Мой брат Жофруа очень любит Диану. Когда она в прошлый раз разрешалась от бремени, брат всю ночь провел рядом с ней… А ты даже не знаешь, сколько она принесла щенков. И то, что в живых остались лишь двое. И обе – суки…

Шелест выходящего из ножен меча я услышал бы в шумном трактире, не то что в тишине ночной улочки. И одновременно с этим зловещим звуком ощутил, как пальцы левой руки Армана мертвой хваткой вцепились в мой рукав. Это было нетрудно, ведь мы ехали – колено к колену.

— Вихорёк, вниз! – крикнул я по-словенски.

Мой собственный меч покоился в ножнах, но в моей левой руке уже был засапожник.

Парировать коротким кривым ножиком добрый франкский меч – бессмысленно. Я и не стал. Резко наклонился, почти свесился седла. От Арманова клинка это меня не спасало: левая нога – в стремени, падать – некуда… Но на долю секунды приостановило удар… Тем более что сам беллаторе, на рефлексе, потянул мою руку вверх, не пуская…

Вжик!

Бритвенной остроты засапожник легко рассек ремень подпруги, полоснул по боку Арманова жеребца и на выходе из дуги – самого Армана – по пальцам.

Тем не менее еще полсекунды Арман удерживал мой рукав… Достаточно, чтобы обожженный болью жеребец унесся вперед и великолепный наездник беллаторе Арман вылетел из седла.

Седло, впрочем, тоже слетело со спины коня, так что Арману бы по-любому не удержаться.

Вихорька за моей спиной уже не было. Молодец! Хорошая реакция.

У Армана – тоже хорошая. И подготовка вполне достойная королевского рыцаря. Приземлился на ноги. С мечом на изготовку.

Я тоже спешился. И тоже с мечом наголо.

Луна светила мне в спину, и я видел как с левой кисти Армана медленно падают черные капли.

Насколько сильно я его резанул?

Рыцари в бою предпочитают сражаться верхом, но и пешие стоят многого. Такие, как Арман, – бойцы штучные. Воинская элита. Один на один не уступят норманскому хольду. Так что я не обольщался насчет своего превосходства. Никогда не обольщался. Глупо думать, что народ, умеющий делать такие клинки, как мой Вдоводел, не умеет ими пользоваться.