Книга Сага о викинге, страница 248 – Александр Мазин

— Будь моя воля, Эйвинд, сын конунга, ты никогда бы не женился на Гудрун.

— Ну-ка объяснись! – потребовал королевич.

— А что тут объяснять, – усмехнулся я. – Пока ты не появился на Сёлунде, Гудрун была моей невестой.

— Вот как… – Королевич нахмурился. – Мне никто не говорил, что ты принес Гудрун свадебный дар. Меня обманули?

— Нет. Я делал ей подарки, но… – как сказать по-датски… «неофициально… – это были просто подарки. Посвататься я не успел.

— Если так обстоит дело, – Эйвинд заметно повеселел, – то я могу попросить Гудрун вернуть тебе твои подарки. Она не откажется, если я пообещаю подарить ей что-нибудь получше. Договорились?

— А может, я попрошу ее вернуть твои подарки?

Эйвинд усмехнулся. Высокомерно. Как король – бедному дворянину.

— Она их не вернет.

Я и сам знал, что моя корыстолюбивая любовь (уж простите за каламбур!) ни за что не откажется от попавшего в ее очаровательные ручки.

Но Эйвинд имел в виду другое.

И тут мы догнали Гудрун, остановившуюся на склоне, с которого открывался вид на наше с Хегином Полбочки озеро. Вид был изумительный.

Но нам было не до природных красот.

— Гудрун, – очень серьезно произнес королевич, – правда ли, что этот человек оказывал тебе знаки внимания, подобающие жениху?

Во как выразился. Я бы так не смог.

— Оказывал, – Гудрун и так «подрумяненная» морозом, вся зарделась, став от этого еще красивее.

Эйвинд глядел на нее как паломник – на Черный Камень Каабы.

— Но ты сказала, что любишь меня!

— Люблю, – охотно согласилась девушка.

— А Ульф?

— Ульф мне тоже нравится, – ответила Гудрун беззаботно. – Ты очень красив, Эйвинд Харальдсон! И твой отец – конунг. Но Ульф… Моя мать говорит: он очень удачлив. И тоже, быть может, станет конунгом. Конечно, он не так щедр, как ты. Ведь ты отдал мне лучшее, что у тебя было, а Ульф довольно-таки жаден…

Это я жаден! Нет, вы слышали?

— Вдобавок они с братом ушли неизвестно куда, и моя мать каждый вечер ходила к святилищу и просила богов защитить их. Вот я и подумала: вдруг Ульф и Свартхёвди не вернутся? – продолжала Гудрун с очаровательной улыбкой. – А потом появился ты. Такой красивый, такой щедрый… Поэтому я приняла твои дары. И теперь я – твоя невеста. Но Ульф, наверное, обижен, да, Ульф? И он, наверное, захочет тебя убить. Будь осторожен, Эйвинд! Ульф – великий воин! – И улыбнулась уже мне.

Эйвинд скривил губы, выразив этой гримасой свое отношение к высокой оценке моих боевых качеств.

— Драться с ним я не стану! – заявил он. – Они со Свартхёвди побратимы. Убью его – стану кровником Свартхёвди. А ты – его сестра.

— Насчет «убью» – не особо рассчитывай, – заметил я. Ишь, губу раскатал: – Однако признаю твои доводы справедливыми. Что будем делать?

— Пусть решает Гудрун! – Ну да, он любил ее и верил, что она его любит. Да и кто я такой, чтобы конкурировать с ним. – Если она вернет дары…

— Ничего я не верну! – крикнула Гудрун. – Ты мне по нраву, Эйвинд!

— А я? – рискнул я задать вопрос.

Девушка смутилась, но ответила честно:

— И ты тоже, Ульф…

Я воспрял духом, но королевич лишь обаятельно улыбнулся. Если Гудрун отказывается вернуть дары, его дело – в шляпе. Но он хотел выиграть нокаутом, а не по очкам.

— Я был неправ! – произнес Эйвинд с достоинством. – Не дело девушке решать за мужчин. Если бы дело обстояло весной, я предложил бы тебе, Ульф Вогенсон, переплыть это озеро. Кто доплывает до противоположного берега, тому и достанется Гудрун.