Онлайн книга «Сага о викинге»
|
Красота! Мы уже семь дней шли без остановок, пользуясь отличным попутным ветром, изрядно подъели припасы, зато наслаждались бездельем. Курорт! Я сидел на бухте каната из тюленьей кожи, и мне было хорошо. Грести не надо – свежий ветер брюхом вздувал парус и гнал драккар лучше, чем полсотни викингов. Мне было тепло и спокойно. Я грыз каменной твердости сухарь, запивая его водой, чуть подкрашенной клюквенным соком, и этот сухарь казался мне вкуснее, чем жюльен в дорогом парижском ресторане. Эх! У моих ног завернулся в одеяло Хавчик. Раб тоже бездельничал: готовить-то не из чего. Разве что свежей рыбки наловить… Но разводить огонь на драккаре без особой необходимости не следовало, а рыбу мои дружки с удовольствием лопали сырой. У берега можно было бы крабов нахватать. Во фьордах их до чертиков. Как отлив, собирай прямо в ведро. Что мы с Рулафом, собственно, и делали время от времени. Варягов я к крабятине приучил. А вот викинги почему-то деликатесных «водяных пауков» не жаловали. Брезговали: мол, падаль едят. Можно подумать, медведи, чье мясо все скандинавы лопали с отменным аппетитом, одним нектаром питаются. Делать ничего не хотелось. Разве что выпить. Но пиво кончилось три дня назад. Я доел сухарик и принялся раздумывать на тему: не взять ли еще один. Но лень было отрывать задницу от канатной бухты и тащиться к ящику. Можно, конечно, пнуть Хавчика… Но я еще не настолько вжился в образ рабовладельца, чтобы будить человека из-за такой мелочи. Нет, с ленью надо бороться. Жестко. Я решительно поднялся и двинулся к корме. У меня появилось новое хобби: наблюдать за Ольбардом. Это может пригодиться. С моим тренированным интеллектом постичь искусство кормчего вполне реально. А кормчие здесь в чести. Не зря им по три доли отстегивают. Да и в ярлы не выйти тому, кто не умеет управляться с кораблем. Хотя лично я в ярлы не собираюсь. На хрена мне лишняя ответственность? Еще издали я понял, что Ольбард обеспокоен. Пожалуй, даже встревожен. Какие же у нас проблемы? Я вгляделся в серую дымку впереди, выискивая вражеский корабль, – что еще могло угрожать «Соколу»? Не разглядел ровно ничего, но это ровно ничего и не значило, потому что мои глаза, хоть я на них никогда не жаловался, не шли ни в какое сравнение с глазами большинства морских бродяг. Зато я достаточно неплохо разбирался в людях, чтобы понять: встревожен не один Ольбард. И ярл тоже… Кажется, ветер крепчает? Вон какие барашки на гребнях волн. Точно, крепчает. Хоть и дует не прямо в корму, а под углом, но все равно наш кораблик мчит, как дельфин. Ольбард – великий кормчий. Не только ухитрялся держать драккар на курсе (ветер прижимал нас к берегу), но и совершенно непонятным образом уводил корабль от самых здоровенных валов. Нас, конечно, качало и так и этак, но через борта не захлестывало, на палубу попадали только редкие брызги… А ветер все крепчал. Толстая мачта из цельного ствола скрипела и гнулась. Удерживающие ее канаты гудели, как огромные струны. — Спустить парус! – покрыв все прочие звуки, заревел Ольбард. С десяток викингов кинулись к мачте. Двое сразу полезли наверх. Я остался на месте. В морском деле я новичок. Когда надо действовать быстро, на рефлексах, я только под ногами буду путаться. Меньше минуты – и парус упал. Драккар сразу сбавил скорость, но все равно продолжал идти ходко. Пожалуй, при таком ветре и голая мачта хорошо парусит… |