Книга Последнее лето ярла Ульфа, страница 103 – Александр Мазин

— Бирнира бояться не надо, – сказал я, прожевав и запив красным. – Но опасаться стоит. Хотя мой брат, пожалуй, опасней.

— А ты опасней своего брата? – Дир изогнул бровь.

Я засмеялся.

— Конечно. Я ведь старший.

Так сказал, чтобы не понять было: шутка или всерьез.

— Хочу с тобой дружить, – сообщил Дир.

— Против Рюрика?

— Просто дружить, – он протянул открытую ладонь. – Примешь?

Нет, он не викинг. Его ладонь – не гладильная доска гребца, а вполне нормальная. Мозоли только от оружия.

— Отчего ж не принять! – я хлопнул по его руке своей. – Только учти: здесь я – вольный ярл, а у людей Севера – человек Ивара Рагнарсона. Если вдруг так выйдет, что по разные стороны щитов окажемся, не обессудь.

— Слыхал я о Рагнаре. И о сыновьях его тоже слыхал. Но никогда – от того, кто с ними в одном строю стоял. Люди Скульда много о них рассказывали.

— Вот кто настоящие храбрецы, – усмехнулся я.

— Почему же?

— Потому что и Скульд, и люди его еще недавно были людьми Сигурда Рагнарсона. Если он узнает, что они нарушили клятву, он очень рассердится.

— И придет сюда? – с надеждой спросил Дир.

А вот этого нам точно не надо.

— Если Рагнарсон придет сюда, Скульд умрет очень неприятной смертью. Но поверь: если тебя сведет судьба с Сигурдом Змееглазым, ты будешь скорбеть о временах, когда в Смоленске сидел Скульд. Но скорбеть ты будешь недолго.

— Зачем Рагнарсону меня убивать? Я же ему не враг.

И впрямь молодой. Как он только Смоленском рулил, такой наивный.

— Потому что у Сигурда имеются свои ярлы и конунги, чтобы править Гардарикой. Другие ему не нужны. А это значит: их не будет. Ни тебя, ни Рюрика, ни твоего брата… Никого.

— Он настолько силен? – засомневался Дир. – У моего брата сильная дружина.

— Он настолько силен, что, когда отправил сюда Скульда с хирдманами, сила его почти не изменилась.

Задумался. Правильно. Нечего здесь делать Рагнарсонам. Пусть Англию потрошат.

— Принеси еще вина, – велел Дир отроку. – И мяса тоже. Что-то я проголодался. Друг мой Ульф, расскажешь мне о Рагнаре?

— Расскажу, почему бы и нет? Но учти: я не скальд. Расскажу, как умею…

И рассказал. Так, чтобы собеседник проникся и осознал: дать знать Сигурду Змееглазому о своем существовании – большая ошибка.

— …Но разве можно так – с послами? – искренне возмутился Дир, когда я рассказал ему о судьбе чевиотских эрлов, родичей короля Эллы.

— Это Сигурд Змееглазый, – я пожал плечами. – У меня в дружине десятник есть, Малоун. Он до меня королю Элле служил. Можешь его порасспросить, если интересно. Узнать его легко. У него шрам поперек лица. Он тебе расскажет, что Сигурд сделал с королем Эллой. Впечатляющее было зрелище.

Дир кивнул.

Его и мой рассказ впечатлил.

— Теперь я понимаю, почему ты назвал Скульда храбрецом. Но, возможно, он просто дурак.

Вернулся отрок. С парой холопов. Один нес здоровенное деревянное блюдо с мясным ассорти, второй – бочонок с вином. Небольшой, литра на три.

— Он хитрый и жадный, – сказал я. – Хитрость призывает к осторожности, но жадность перетянула канат. Он не рискнул бы сам. Его убедил Рюрик.

— Рюрик такой же, – убежденно произнес Дир. – Хитрый и жадный.

— Нет, он не таков, – возразил я. – Он не жадный. Он жаждущий.

— И чего он жаждет? – Дир заинтересовался.

— Власти, – сказал я. – Той власти, что дает не только силу и богатство. Он не из тех, кто радуется тому, что у него есть корабль и три десятка гребцов на румах, которые гнут весла, повинуясь его слову. И хирд, и корабль сами по себе ему не нужны. Как не нужен ему твой Смоленск. Или Новгород. Вот скажи мне, Дир, что ты чувствуешь, когда получаешь дань? Чему ты радуешься?