Книга Вездесущий поиск истины, страница 96 – Priest P大

Но, так как мастерство Хань Юаня оставляло желать лучшего, у созданных им птиц оказалось по две лишних ноги. Они неплохо летали, но обречены были постоянно спотыкаться, если им приходилось идти по земле.

В течение всей ночи Ли Юнь не осмеливался сдвинуться с места, он не мог позволить своему разуму отвлечься ни на минуту, поэтому, вынужденный постоянно поддерживать концентрацию, к утру оказался полностью истощен. Когда он увидел, как на востоке занимается рассвет, он наконец не выдержал и спросил:

— Сколько еще это будет продолжаться?

— Еще немного, – спокойно сказал Янь Чжэнмин. – Он вынужден постоянно переходить с места на место. Этот человек не какой-то там бездельник, что день и ночь будет праздно шататься по острову. Он не останется, не станет впустую тратить здесь свое время и энергию.

На этот раз глава клана Янь вновь оказался прав. Как и ожидалось, после рассвета интерес Чжоу Ханьчжэна к пребыванию на острове заметно угас.

Волнение на море сменилось штилем, светило яркое солнце. Один из людей в масках внимательно посмотрел в лицо Чжоу Ханьчжэну и сказал:

— Ваше превосходительство, мы ничего не выиграем, если останемся здесь. Не лучше ли нам избежать новых проблем и поспешить обратно?

Чжоу Ханьчжэн сцепил руки за спиной, на мгновение задумался и, казалось, окончательно уверился в том, что продолжение борьбы с незнакомцем не принесет ему никакой пользы. На этот раз он достиг всех своих целей и теперь мог уйти. Чжоу Ханьчжэн кивнул. Он повернулся, чтобы еще раз окинуть взглядом окрестности, окутанные туманом иллюзий, и, повысив голос, произнес:

— Дорогой неизвестный даою, что, как и я, оказался на этом острове, этот скромный человек пришел сюда только для того, чтобы отдохнуть и перевести дух. У меня не было никаких злых намерений. Если я вас чем-то обидел, пожалуйста, простите мой проступок.

Услышав это, Ли Юнь тяжело вздохнул и расслабился. Он вытер холодный пот со лба и тихо произнес:

— Хвала небу, наконец-то он решил уйти.

Сейчас расстояние между ними и Чжоу Ханьчжэном было менее сотни чжанов. Они находились прямо за небольшим холмом и могли слышать слова заклинателя даже без помощи своих «разведчиков».

Янь Чжэнмин ничего не ответил. Всю ночь он вырезал заклинания для усиления концентрации, чтобы поддержать иллюзию Ли Юня. Единственный нож, который он носил при себе, был отдан Хань Юаню, поэтому ему пришлось использовать меч. Это было совсем не то же самое, что использовать специальный резец. Янь Чжэнмин впервые использовал этот метод, поэтому он часто терял контроль, и чистая Ци, направляемая внутрь амулетов, вырывалась наружу. Его руки были покрыты мелкими ранками, и все это время юноша пребывал в мрачном расположении духа. Даже когда он услышал, что Чжоу Ханьчжэн засобирался прочь, он не выказал никаких признаков радости.

Когда же он наконец сможет, как и подобает мужчине, выйти с гордо поднятой головой и сразиться с этим человеком по фамилии Чжоу?

Чжоу Ханьчжэн, казалось, не возражал против отсутствия ответа, он лишь сказал своим людям:

— Идем.

После чего велел им всем приготовиться к полету. Но что-то заставило его остановиться на полпути. Чжоу Ханьчжэн вдруг отчетливо почувствовал на себе пристальный взгляд. Уровень его совершенствования был довольно высок, к тому же он всегда обладал хорошей интуицией. Он инстинктивно протянул руку в направлении взгляда и поймал… четвероногую птицу.