Книга Колыбель Мрака, страница 31 – Настя Полос

Сейчас же я ощущала бесконечное одиночество. Тьму не только снаружи, но и внутри. Может быть, знания о маме немного помогут мне?

— Я могу спросить тебя… о тебе? – спросила Линетт.

— Можешь.

Возможно, позже я пожалею.

— Там, где ты жила… Какого было там?

— Одиноко.

Мне не хотелось рассказывать, но, видя пытливое выражение и искреннее любопытство, перемешанное с печалью, я сдалась.

— Я очнулась в больнице, когда мне было четыре года. Я ничего не помнила, не знала, как меня зовут, откуда я, кто родители. Их пытались найти, но не вышло. Меня поместили в приют. Это такое место, где живут дети без родителей. Там я и жила до восемнадцати лет. Меня назвали Теодорой.

— Теодора… – задумчиво протянула Линетт, – тебе нравится это имя?

— Оно мое! – вновь вспыхнула я, но тут же успокоилась. – Или было им.

— Тебе там было хорошо? В приюте.

— Хорошо? – Я громко задышала. – В приюте не может быть хорошо! Там нет любви и тепла, только злоба и отчаяние. И много одиночества. Меня призирали, ведь я слишком отличалась. Пока… пока не пришла… Не пришла, – я сглотнула, – не пришла Джессика. Она спасла меня. Всегда была со мной. Даже поперлась со мной на Инуру. А потом ее убили.

Линетт сидела, не шевелясь, а я продолжила рассказ.

— Я выросла, и стало лучше. У меня появилась семья и друзья, любимое дело и какая-никакая цель в жизни. А потом появился он, – я кивнула в сторону меча. – И все рухнуло.

Она хотела что-то спросить, но я резко перебила:

— Я правда Дэвол?

— Да, – мягко сказала она, но, увидев мое лицо, нахмурилась. Линетт покачнулась, уперев в меня острый взгляд. – Ты дэвол! Настоящий и сильный дэвол. Я всегда им была.

— Нет… нет! – я отшатнула. – Я… то есть она… Была человеком. Магия появилась с приходом меча!

Я понимала, что несла вздор. Передо мной сидела моя бабушка! Говорила о моей матери. Но принять, что я всегда была чужой даже там, почти так же трудно, как и признать смерть.

— Ты ничего не помнишь о своем детстве? Не помнишь, как мы потеряли тебя? Тот день… – голос Линетт дрогнул, глаза остекленели. – Мы побеждали. Тв… Руун… Он многих спас. А ты пропала. Почему я не догадалась… – Она умолкла. На глазах эта женщина постарела. – Твоя магия закрылась. Она спряталась, чтобы спасти тебя от угрозы. Ты всегда была смышленой девочкой. Скорее всего, понимая, что происходит, ты стала думать, как поступить, и не нашла лучшего выхода, как спрятать часть себя покровом, чтобы другие не поняли, кто ты. Ты росла и стала забывать. Воспоминания уходили, а магия осталась в оковах тела, глубоко похороненная. Годы шли, клетка крепла. Она взывала к тебе?

— Не знаю, – опешив, ответила я.

— Подумай! Может, тебе нездоровилось?

Темные глаза женщины всматривались в меня.

— У меня всю жизнь сильные головные боли, а за год, как я нашла меч, они усиливались с каждым днем. Вся магия пришла с мечом.

— Как ты похожа на мать! – Тон, с которым это сказано, недобрый, но ухмылка портила весь строгий образ. – Неужели ты не понимаешь? Магия стучала тебе, просила впустить ее! Но твой разум слишком очеловечился. Ты забыла. А когда к тебе попал меч, она поняла – нужно действовать. Она искала щели и нашла их. А тени… Они еще те проныры, стремятся залезть в любую трещину. Управлять ими – искусство и величайшая наука. Скорее всего, они хотели заполучить тебя, а твоя магия отражала их нападки.