Книга Аспирант, страница 21 – Владимир Поселягин

— Мне до сих пор трудно всё это воспринимать, но чем дальше я с тобой общаюсь… Энакин, тем больше верю в переселение душ. Так не притворяются. Мимика, разговоры, речь, поведение – они другие.

— А вот это плохо. Сейчас вы видите меня, того, настоящего, а я пока не должен выделяться. Пока длится эта буря, думаю, вам стоит поработать надо мной, поучить. Я быстро схватываю, да и пока не использую память Энакина. Сейчас я постараюсь вести себя, как он, и если будете замечать несоответствие, подсказывайте, чтобы никто ничего не заподозрил. Мы хоть и рабы, мало кому интересны и нужны, но всё же стоит перестраховаться. Тем более, я планирую освободить нас из рабства.

— Я помогу. Только по освобождению… – та замялась. – Боязно как-то.

— О как? – задумался я. – Кстати, по поводу рабства, сколько вы уже находитесь в этом социальном статусе?

— Предлагаю прейти на ты, не чужие всё же люди друг другу, – грустно улыбнулась та, но отвечать на мой вопрос не спешила, поэтому мне и пришлось её подтолкнуть к этому.

Буря снаружи и не думала стихать, я не поленился, выглянул в окно, то, что на крыше. Скос несильный был, но улицу рассмотреть можно. Там, кутаясь в плащи, шло несколько человек. Видимо, не местные, аборигены обычно прячутся. Наверное, в ближайший бар контрабандисты, ну, или небольшая группа пиратов идёт. Жажда выпивки и развлечений притупила их чувство страха. Правда, грамотно идут, прикрываясь стенами домов. Может, и дойдут. Спустившись по полкам стеллажа, – Энакин специально сделал этот стеллаж, чтобы к окну можно было подняться, а не только для разных полезных вещей, коими были заставлены полки, как думала Шми. Так вот, спустившись, спрыгнув на пол, я кивнул той, легко согласившись на предложение:

— Отлично, меня эта дистанция при общении тоже напрягала. А по поводу того, кем ты была, дочка примерно знает. Я пока фильмы те смотрел, два сеанса, то чуть не уснул, настолько мне неинтересно было, главное – единение с дочкой, чтобы та не чувствовала себя одинокой. Учился много, да ещё жена со вторым ребёнком… Однако локоток у ней очень острый был, так что ни разу не заснул. Ну а она мне и объясняла многие моменты или эпизоды фильма. А по поводу тебя в мультсериале было указано, что ты бывшая наёмница, дочка довольно влиятельных людей, которые погибли при теракте. Скрываешься тут на Татуине от врагов.

— Это не так, – даже засмеялась Шми от неожиданности. – Мои родители были фермерами на Танаве, планете, что находится на Среднем Кольце. Их убили, когда мне было двенадцать. Пираты налетели, пограбили всё, а меня забрали с собой. Я сменила множеств хозяев, многому научилась, понемногу там и тут, и вот оказалась у старьёвщика Уотто с тобой на руках. Тебе был тогда едва год.

— Хорошо. Тогда вопрос по Энакину. Кто его отец? И учти, ответ я знаю, Маша, моя дочка, это подробно рассказала.

— А вот это и я не знаю. Одним из моих хозяев был просто чудовище. Я никогда его не видела. Не знаю, какой он расы, всегда ходил в плаще с надвинутым капюшоном, но от него веяло жуткой мощью. Я до сих пор испытываю страх, вспоминая о нём. Почти год я провела у него, сидя в клетке на какой-то подземной базе. Потом очнулась на рынке рабов, уже беременная тобой. То есть, Энакином. Как так получилось, я не знаю. Надеюсь, ты прояснишь и мой интерес тоже?