Книга Что случилось прошлой ночью, страница 73 – Лия Миддлтон

Все почти закончилось. Еще немного.

— Вы разглядели владельца машины?

— Нет. Сначала я ничего такого не подумала… Просто лицо девочки показалось мне знакомым, но окончательно я поняла все, когда вернулась домой и взяла в руки газету. Как только я увидела фотографию девочки на первой странице, я поняла, что это она. Я уверена в этом.

— Где находится эта заправочная станция?

— Это маленькая заправка на проселочной дороге под названием Боундери-роуд, ведущей из Хавершем-Коммон. – На миг я умолкаю, сомневаясь, стоит ли добавлять последнюю часть заранее продуманной информации.

Скажи это. Это важно. Уведи их подальше от леса.

— Эта дорога ведет к автомагистрали, – добавляю я.

— А как выглядела машина?

— Я лишь запомнила, что она была черной. Извините, я не разглядывала машину. Как только я поняла, кто эта девочка, то сразу пожалела, что не рассмотрела все хорошенько. Извините.

— Не нужно извиняться. Мы очень ценим любую предоставленную информацию. Не могли бы вы назвать свое имя?

Вот черт. По дороге сюда я продумала, что буду говорить, и потренировалась менять голос и произношение. Но не учла, что меня попросят представиться.

— Меня зовут… Сэйди.

— А ваша фамилия, Сэйди?

— Томас.

— Хорошо, спасибо вам, Сэйди. Можете ли вы оставить контактный номер телефона на случай, если нам понадобится какая-либо дополнительная информация?

Я выжидаю несколько секунд.

— Сэйди?

— Простите, какие-то помехи на линии. Я вас не слышу.

— Могу я узнать ваш контактный номер?

Снова делаю паузу. Жду.

— Сэйди?

Жду. Два, три, четыре…

— Вы меня слышите? Простите, не знаю, слышите ли вы меня еще, но надеюсь, что смогла чем-то помочь. До свидания.

С этими словами я резко вешаю трубку на рычаг, обрывая бормотание оператора.

Прислоняюсь спиной к двери телефонной будки, и моя грудь быстро поднимается и опускается, когда на меня накатывает прилив адреналина. Руки дрожат, зубы начинают стучать, но лицо и шея покрыты испариной.

Толкнув дверь, я бросаюсь бежать, не спуская глаз со своей машины, припаркованной на другой стороне дороги. Но когда я пробегаю мимо магазина, раздается звон колокольчика, сигнализирующий о покупателях. Я опускаю голову и смотрю в землю.

Не поднимай глаза. Не останавливайся.

Но люди выходят из магазина прямо передо мной, и я на секунду поднимаю взгляд, чтобы избежать столкновения с ними.

Это та пара. Пожилые мужчина и женщина, которые говорили о Берни и сетовали на то, что они рискуют умереть от холода.

— О, прошу прощения. Мы вас не заметили, – говорит женщина.

Я еще больше натягиваю капюшон на лицо.

— Доброе утро, – бормочу я, вежливо киваю им и удаляюсь, топая по хрустящему, пушистому снегу.

Мне хочется оглянуться через плечо, но нельзя, поэтому я иду быстрее, пока не перехожу на бег. Нажимаю на брелок, чтобы отпереть машину, и бросаюсь внутрь, закрывая за собой дверцу. Она захлопывается с громким стуком.

Дыхание вырывается облачками пара. Я смотрю в заднее ветровое стекло. Пара медленно идет в моем направлении.

Завожу двигатель, но сопротивляюсь желанию вдавить педаль газа в пол и умчаться из деревни. Как преступник, который боится быть пойманным. Вместо этого медленно трогаюсь с места, следя за тем, чтобы машина не рычала и шины не визжали.

Смотрю в зеркало заднего вида, но в нем отражаются лишь мои глаза: налитые кровью и обезумевшие.