Книга Убийца с реки Дженеси. История маньяка Артура Шоукросса, страница 77 – Джек Олсен

Чарли Кубински предполагал острый общественный резонанс из-за сделки о признании вины, но не ожидал того потока оскорблений, которые обрушились на него и некоторых его коллег из полицейского управления Уотертауна. Мэри Блейк подставила их, проходясь по полицейским штата, по департаменту шерифа и особенно по заместителю шефа Киллорину. Она раскритиковала шефа полиции Лофтуса за то, что тот назвал ее первоначальные подозрения в отношении Шоукросса «необоснованными», и набросилась на Кубински и других детективов за то, что они «облажались». «Если бы Лофтус и его люди продемонстрировали навыки „кистоунских копов“^[9], – заявила она, – то Шоукросса арестовали бы в мае и малышка Карен была бы сейчас жива».

Глава городской администрации Рональд Форбс возражал, напоминая журналистам: «Разве вы не знаете, что она все время жаловалась?» Он защищал офицеров, описывая их как «хороших семьянинов».

Политика Мэри заключалась в том, чтобы отвечать на все комментарии. В следующем выпуске «Дейли таймс» цитировались ее слова о том, что хорошие они отцы и мужья или плохие – совершенно не важно, а важно то, что как детективы они ни на что не годятся. «Я не хочу слышать о личной жизни всех этих людей. Мне-то что с того?»

Убежденная, что в округе Джефферсон нет правосудия, она написала губернатору Нельсону Рокфеллеру:

«Я мать десятилетнего Джека Оуэна Блейка, который был убит Артуром Шоукроссом. Жители города Уотертаун в штате Нью-Йорк и моя семья огорчены и возмущены отсутствием помощи со стороны нашего полицейского управления.

В день исчезновения моего сына мы позвонили в полицию, чтобы она помогла нам найти Джека, но, не получив помощи, мы с тех пор живем в кошмаре. Артур Шоукросс признался, что он – последний, кто был с Джеком. Ранее его условно-досрочно освободили из тюрьмы „Аттика“. Полиция даже не задержала его для допроса. Вместо этого они предлагают моему мужу и мне пройти тест на детекторе лжи – через четыре месяца после того, как назвали нас жалобщиками.

Тот же человек убил маленькую восьмилетнюю девочку. Карен Энн Хилл была изнасилована и убита, а ведь одному Богу известно, что пришлось претерпеть Джеку от рук Артура Шоукросса. Мы считаем, что должно пройти новое расследование с большим жюри, а полицейское управление Уотертауна в штате Нью-Йорк должно оказать нам соответствующую помощь».

Услышав об этом письме, окружной прокурор Маккласки поспешно опубликовал собственное заявление.

«Более чем через восемь часов после того, как мальчик впервые вышел из дома, двое сотрудников полиции Уотертауна всю ночь занимались его поисками. На следующий день, 8 мая, городские полицейские потратили на его поиски много часов, а затем продолжили эту работу 9-го и 10-го числа. Детективы шерифа и полиция штата Нью-Йорк провели обыски 9 и 10 мая. Шоукросс был допрошен 7, 8, 11 мая и в разное время после этого сотрудниками городского управления полиции. Однако поскольку никаких доказательств какого-либо преступления обнаружено не было и сам он ни в чем не признался, полиция оказалась в тупике».

Ответ Маккласки был проигнорирован общественностью и средствами массовой информации. Они хотели услышать другое. Мэри стала общепризнанной героиней, символом слабых и угнетенных, и она решила заставить городские власти поплатиться за все унижения, которым она, Лоутоны и Блейки подверглись за тридцать семь лет ее жизни. Ее претензии и встречные нападки, некоторые реальные, некоторые преувеличенные, посредством СМИ становились публичными, и люди с неослабевающим интересом следили за этой игрой страстей на севере штата Нью-Йорк.