Книга Убийца с реки Дженеси. История маньяка Артура Шоукросса, страница 141 – Джек Олсен

Многолетнее стояние у кухонных плит и прилавков вызвало обострение артрита в спине, иногда она моргала от боли и отворачивалась. Время от времени она выпивала – «севен-энд-севен» или бурбон с имбирным элем, – безуспешно сидела на диете и сторонилась светской жизни. Большинства жителей своего района она избегала – не потому что была настроена против чернокожих, а потому, что в присутствии молодых мужчин чувствовала себя неловко.

— Расхаживают в своих спортивных штанах по Клинтон-стрит, – объясняла Клара, – и мне кажется, что под штанами ничего нет. Они просто выглядят раздетыми. Уж лучше б носили старые штаны с заплатками, чем бегали вот так.

Каждый день она кормила белок и птиц. В ее маленькой гостиной мерцал 24-дюймовый телевизор, а по радио постоянно играла музыка: Ронни, Рэнди и Хэнкс, Долли Партон, «Джаддс».

— Больше всего я восхищаюсь Лореттой Линн, – объясняла Клара. – Даже назвала дочь в ее честь. Мне нравится музыка, которую я могу понять.

Она читала желтые журналы из супермаркетов и делилась прочитанными историями со своими детьми.

— Ты только послушай, – говорила она дочери Линде по телефону, восторженно закатывая глаза. – Там сегодня писали про двухголового ребенка… Ну, наверно, поэтому я его купила! Я видела двухголового младенца на ярмарке, когда была маленькой девочкой. В большой банке с формальдегидом. Иногда я думаю об этом по ночам.

Но больше всего она размышляла о своей большой любви.

7. Клара Нил

Я родилась и выросла в горах. Лучше б я никогда не уезжала, но тогда я бы не встретила Арта. Я родилась под именем Клириди Дреннан в маленьком горнодобывающем и лесозаготовительном городке в округе Клей, Западная Вирджиния. Настоящий Божий зеленый уголок, хотя там никогда не было работы с тех пор, как закрылись шахты. Мы жили в долине Сикамор-Крик, по обе стороны от нас возвышались горы, а сезон урожая был коротким. Скажу прямо – я родилась в тысяча девятьсот тридцать первом году, так что у меня было несколько лет форы. Я ходила босиком, пока мне не исполнилось восемнадцать. Мои отец и отчим работали в маленьких старых угольных шахтах, никаких профсоюзов, работникам требовалось сорок пять минут, чтобы спуститься в забой. Было много несчастных случаев. Пострадавших мы лечили сами.

Я никогда не знала ни о чем, кроме работы, вот почему вы не услышите от меня жалоб. Иногда все, что было у нас на столе – это старые добрые бобы или кусок испеченного хлеба. Мы выращивали то, что ели сами: кур, свиней, корову для молока и масла, кукурузу, помидоры, капусту, фасоль в стручках. Свое первое блюдо для всей семьи я приготовила, когда мне было семь. Мама в тот момент была на улице, сорняки полола.

Некоторые говорят, что я сделала из убийцы домашнего любимца. Скажу вам так, у меня всегда были домашние животные. Когда я была маленькой девочкой, у меня была курица по имени Топпи – я называла ее так из-за большого хохолка. Она была черна как уголь, но когда на нее падало солнце, ее перья становились синими, зелеными… всякими – Господи, до чего ж она была хорошенькая! Ходила за мной повсюду, как щенок, забиралась ко мне на кровать и несла яйца. У меня была маленькая горная кобылка смешанной породы по кличке Перл, и я объехала на ней без седла всю гору. Всегда у меня были домашние животные. Если Арт Шоукросс и был моим любимчиком, то он был далеко не первым.