Книга Убийца со счастливым лицом. История маньяка Кита Джесперсона, страница 121 – Джек Олсен

На процессе Павлинак прокурор просто проиграл присяжным запись ее признания: «Я не планировала убивать ее… Я не хотела… Я считаю, это моя вина». Присяжные нахмурились, а из магнитофона понеслись всхлипы и рыдания. Это был один из наиболее драматичных моментов суда.

Семь часов адвокат Павлинак отстаивал ее невиновность («Нелогично предполагать, что пятидесятивосьмилетняя женщина, мать и бабушка, задушила девушку до смерти…»), после чего прокурор снова хладнокровно проиграл запись. Потом подождал, пока библейские стенания и вопли клиентки возымеют должный эффект, и произнес:

— Вы слышали слова Лаверн Павлинак, вы видели ее эмоции, а теперь посмотрите ей в лицо – это лицо убийцы.

Павлинак признали виновной; девять из двенадцати присяжных проголосовали за убийство с отягчающими обстоятельствами – преступление, караемое смертной казнью. Судья приговорил ее к тюремному заключению сроком от пятнадцати лет до пожизненного.

За неделю до своего собственного процесса Джон Сосновски с адвокатами внезапно осознали, что он рискует получить смертный приговор. Он уже провалил вторую проверку на детекторе лжи – это не редкость у клиентов с высоким уровнем стресса. Детективы нашли у него записку на половинке листа бумаги: «Т. Беннетт: Лакомый кусочек» (очевидно, подброшенную Павлинак).

Драчливый ухажер сообразил, что очень скоро присяжные на его суде услышат ее истеричный голос, обвиняющий его в жестоком изнасиловании и убийстве. Если благодаря этой записи она оказалась в тюрьме, то где окажется он? За несколько часов до начала процесса его адвокаты заключили сделку с правосудием, и Сосновски получил пожизненный срок.

Из своей камеры в окружной тюрьме, с вьющейся каштановой шевелюрой, остриженной тюремным парикмахером, Кит Джесперсон продолжал свою кампанию – мутил воду в правоохранительной сфере. Большинство его писем с признаниями были отправлены уже после того, как собственный адвокат велел ему заткнуться. Он подписывал их всегда одинаково: «Желаю хорошего дня, ваш Смайл».

Он написал в газету «Коламбиан» в Ванкувере, Вашингтон:

Прежде всего вы, вероятно, захотите узнать, почему я это делаю? Видите ли, один факт не давал мне покоя целых пять лет… Я на самом деле Убийца со счастливым лицом, о котором Фил Стэнфорд писал в своих репортажах. Я создал этот образ, потому что хотел, чтобы меня остановили, но сдаться самому для меня было слишком тяжело.

Другое письмо заканчивалось так: «Я не безумен! Я знаю, чего хочу. Я хочу сберечь штату деньги налогоплательщиков. И хочу, чтобы свершилось правосудие».

Чтобы добавить своим заявлениям правдоподобия, он сделал так, чтобы его сокамерник выдал информацию, касающуюся трех незакрытых дел, которые вела полиция Калифорнии: убийств путем удушения Синтии Линн Роуз близ Тарлока и неизвестной по имени Синди близ Корнинга, а также женщины, которую он знал как Клаудию, в Блисе. Он также признался в убийстве Лори Пентленд в Салеме, Орегон, и убийстве Анджелы Мей Сабриз.

В своей камере он рисовал сложные схемы, демонстрирующие, где выброшены тела его жертв. Трупы, найденные полицией, находились в состоянии сильного разложения, но эти гниющие останки подтверждали его слова.

Каждый раз, когда его перевозили с места на место, Кит поражался суровости мер безопасности. «Они надевали на меня наручники и ножные кандалы. Мне приходилось ходить крошечными шажками. Вне тюрьмы я сразу бросался в глаза в своем оранжевом комбинезоне. У полицейских был ошейник с поводком на случай, если я попытаюсь броситься в сторону. Мы ехали по шоссе I-5, и четыре полицейские машины перегородили стоянку, чтобы я мог сходить в туалет. Я шаркал к писсуарам, и копы шли слева и справа от меня. Я сказал: