Книга Сделка-only, страница 26 – Рина Беж

— Тут тоже все просто. Влезая в отношения с Ольгой, я считал, что взаимной симпатии для крепкой семейной жизни будет достаточно. Остальное со временем наработается, главное, иметь доверие, общие интересы и цели. Но то, как легко развалились наши полугодовые отношения, показало — ничего крепкого не было. Даже первый интерес почти сошел на нет. Осталась привычка и заложенное в голове стремление дойти до цели. Когда же все развалилось, я осознал, что не скучаю по правильной до зубовного скрежета невесте, — пожимает плечами, по-прежнему улыбаясь. — Хочется другого.

— О как! И чего захотелось теперь?

— Не поверишь. Чувств. Огня. Живых эмоций, а не тех, что принято демонстрировать в высшем обществе.

— Эх и раскатал ты губу, Виктор Алексеевич, — фыркаю, скрещивая руки на груди. — Но тут может возникнуть проблемка.

Только сейчас подмечаю, что я сижу в постели, облокотившись на подушки, а он вольготно развалился в кресле, пододвинув его поближе к моей кровати. Миленько мы так обосновались, не скажешь, что в медучреждении находимся.

— Уверен, сейчас ты обязательно мне о ней поведаешь, — подкалывает он и откидывается на высокий подголовник, устраиваясь поудобнее.

— Вполне возможно, вполне возможно, с таким-то искореженным восприятием реальности, — киваю, не поддаваясь на провокацию. — Ты в курсе вообще, что чувства в одни ворота долго не играют. Им отдача нужна. К чему я это? Ну вот представим семью. Она любит, а он — пофигист. И что? Думаешь, долго протянут? Ну, потерпит она его пренебрежение год, уверенная, что может исправить ситуацию. Ну, пять лет. А через десять плюнет и уйдет. Потому что выгорит вся. Или останется жить только ради детей. И от этого никому легче не станет.

— И каков вывод из твоего примера?

— Простой. Хочешь чувств, учись и сам ими делиться. Быть вечным потребителем в личных отношениях не выйдет. Ну или начинай копить жен. Сначала от одной возьмешь по максимуму, затем от другой, третьей, пятой… бр-р-р… можно я не буду продолжать?

— Можно. Суть я понял, — дает царское разрешение, но потом не выдерживает и уточняет. — Считаешь, что я эмоциональный инвалид? И не потяну?

— Ну, прости, — развожу руки в стороны. — По всему выходит, что изначально ты — делец, и только потом, где-то глубоко-глубоко внутри — такой себе захудалый семьянин. Не сомневаюсь, если бы ты больше общался со своей невестой, смог бы ее заранее просчитать и понять. Может, даже исправить ситуацию. Но тебе было неинтересно. Выходит, вы как были двумя незнакомцами в начале пути, так ими и остались.

— Ну, ты тоже не смогла просчитать своего жениха, хотя эмоционально была с ним открыта.

Четкий удар. В яблочко.

Он ранит, потому что несет в себе правду.

— Верно, Виктор Алексеевич. Но знаешь, из-за одной паршивой овцы, а не буду превращаться в робота. Хотя теперь миллион раз перепроверю партнера, прежде чем сделаю хоть один шаг к сближению. Слишком больно бьет предательство по оголенным нервам.

— Добрый день, меня зовут Ксения Игоревна Мирская, я — Ваш лечащий врач, — очень вовремя наш разговор прерывают, а то что-то направление, в которое он плавно стек, начинает напрягать. Не готова я пока обсуждать личное. — Давайте проведем осмотр и, если все в порядке, я Вас, э-э-э, — смотрит на планшет, — Вера Владимировна, выпишу. Ваш муж может пока подождать в коридоре.