Книга В ловушке с врагом, страница 4 – Захар Самовар

Мне вдруг очень захотелось лечь спать. Поскольку я надеялась, что с рассветом эти дурацкие мысли покинут мою глупую голову, и я буду презирать его как раньше. Он ведь меня всегда бесил. Бесил же?

Помню, как во втором семестре, когда я прогуляла лекцию, он, возомнив себя, не пойми кем, отчитал меня на глазах у всех посреди столовой. Хотя другой мой одногруппник, он же на тот момент мой парень, который прогуливал вместе со мной, сидел невидимкой точно он — стена. И вот почему то после таких воспоминаний на своего бывшего я разозлилась больше, чем на новоявленного родственничка. Да что б его, этого Игната.

Как ни крути, посреди темной трассы, почти пустой, не смотря на еще не поздний час, рядом с ним я чувствовала себя в безопасности.

Мы сели в машину. Руки мои к тому временем дрожали, нос чутка засопливил, и в горле намечалась какая-то нехорошая тенденция. Он включил обогреватель и накинул на меня свой пуховик. Как хлесткой пощечиной мне в лицо прилетел аромат его парфюма, будь он не ладен. Внутри чуть потеплело то ли от злой злости, то ли от злости из-за внезапно нахлынувшей наивной радости.

— Глядите-ка какой кавалер, — выпалила я.

Игнат усмехнулся и сотворил косую улыбку, такую притворную, что мне стало почему-то очень обидно, хотя должно было бы быть абсолютно поровну.

— Говорят, что прихворавшие люди становятся вредными, — сказал он. — Мне с тобой еще ночь ночевать один на один. Ты же мне весь мозг выкушаешь чайной ложечкой, если заболеешь.

— Может отвезти меня туда, откуда взял, — попыталась я себя отстоять.

— Тебя еще никто не брал, — выдал он. Машина дернулась с места. Мы поехали дальше.

Через некоторое время мы притормозили около маленького домика на отшибе. Выглядел он точно старая бабушкина сараюшка с завалинкой и новым забором. Видимо, прочитав мои мысли или сообразив по удивленному выражению лица, Игнат выдал:

— Внутри гораздо лучше. Ремонт будем по весне делать.

Он вышел из машины и открыл багажник. Провиант занял обе руки. Подойдя к входной двери, он грустно поглядел на меня.

— Ключи в кармане, — сказал он, — достань, пожалуйста.

— В каком кармане?

— В заднем кармане брюк.

— Чьих?

— Ты совсем глупая?

— А ты?

— О, Господи, Аня, холодно же, руки у меня заняты, видишь же, достань ключи уже, а то околеем.

Мне ничего не оставалось, как пораженчески вздохнуть и выполнить его просьбу. И нет чтобы подойти со спины…. Нет! Мне надо было встать с ним лицом к лицу.

— Я только не помню в каком, — пояснил он.

— Ага, — ответила я и запустила руки в задние карманы его брюк.

— Нежнее, — вздрогнул он. Не знаю наиграно или нет.

— Пусто.

— Ну, значит в передних карманах, посмотри.

Деваться было некуда. Я проделала с передними карманами тот же финт.

— Пусто, — повторилась я.

— А, да! — вспомнил он. — Я же совсем забыл. Ключи в бардачке лежат, принеси, пожалуйста.

Я сердито глянула ему в глаза, он их резко отвел, старательно скрывая улыбку.

— Придурок, — пробубнила я и помчала шарить в бардачке.

Он был прав. Дом внутри оказался значительно более привлекательным, чем снаружи. Мы попали в большую комнату, совмещенную с кухонкой. Также имелись две комнатки без дверей и санузел с душевой и печь. На кухне стоял стол, к нему были приставлены четыре стула. После стола, около стены, накрытый плотной пленкой располагался диван, напротив него печь. После печи — душевая