Книга Головолом, страница 122 – Максим Сабайтис

— Девочка моя, ты повзрослела. Пора тебе наконец узнать, откуда берутся дети…

Откуда и в результате каких действий зарождается новая жизнь, Флора знала давно. Но вот каким образом расширяется список Найтингейл, все еще оставался для нее загадкой. Метод Барбат позволял самостоятельно выбирать новое тело, но не новую личность. Соловьев пошел по другому пути. Когда Сильвия запустила подарок нейроархитектора, вторая Найтингейл уже ждала своего часа.

Флора слушала его объяснения и вспоминала свои прошлые жизни.

— Но зачем ты рассказал обо всем именно сейчас? — задала вопрос множественная девушка, пригибаясь, чтобы не задевать головой связки кабелей в защитной оплетке. — Он же через несколько минут начнет проверять память и тоже узнает о том, что своим взломом спровоцировал расставание с женой. Я бы на его месте убила бы. Сначала тебя, а потом и меня. Не дожидаясь, когда появится сеть, для надежности.

— Не одна ты взрослеешь этой ночью, — Соловьев сопроводил реплику картинкой старца посохом и фонарем. — Извини, дорогая, но нам всем, время от времени, приходится взрослеть.

67

Во время пути по техническим коридорам и металлическим лестницам Карл был молчаливее всех в группе. Свен сосредоточено переписывался со своими подчиненными, Бобби время от времени в чем-то спрашивал Хеха и лишь головолом оставался один на один со своими и не только воспоминаниями.

Яркость и четкость всплывающих эпизодов обеспечивала окружающая темнота. Когда этим путем проходил чистильщик, он выжег все освещение, уничтожил все действующие камеры, пожег все сенсоры. Карлсон шел третьим, следом за Свеном и Хехом, тут и захочешь не заблудишься.

Появление Флоры сломало жизнь Карлсону, окончательно и бесповоротно.

В жизни головолома было много женщин. Это не удивительно, если с ними связана твоя работа. Кто-то из них уходил сразу после взлома — в таких ситуациях Карл впадал в затяжную депрессию, побуждая к выполнению новых заказов. С некоторыми удавалось завязать отношения — разовые или на непродолжительный срок.

Но еще никто не уходил от Карлсона прямиком в смерть. Остаточные фрагменты памяти Флоры подсказывали головолому, что сложись обстоятельства иначе — у них был бы шанс избежать проблем из-за то и дело возникающих искусственных влюбленностей.

Найтингейл жила в нескольких телах, но вряд ли это стало бы препятствием для длительных отношений. Карлсон не нуждался в том, чтобы владеть ею целиком: еще когда он придумал теорию про мета-женщину, стала понятна эфемерность такого обладания. Нет, Карлу хватило бы одной, единственной. Любой отличной от нуля части было бы достаточно, чтобы все остальные женщины из его головы, в сравнении с обретенным чудом выглядели бы тенями, призраками на дневном свету.

Пробираясь во тьме, практически наощупь, по транслируемой для всех позади идущих модели, которую составлял Свен, Карл горевал об упущенных возможностях.

Ему казалось, будто именно Флора, за счет своей необычности, могла что-то изменить, предотвратить все новые и новые приступы влюбленности, которые накатывали как волны на морской берег.

Подземная лаборатория, отсутствие доступа к городской сети — разве можно было придумать менее подходящую обстановку для встречи Той Самой?

Карлсон сжимал кулаки в ожидании предстоящего взлома и проклинал Диал-Апа с его авантюрными заказами. Где-то там, на верхних этажах почти опустевшего небоскреба, в ожидании Карла спала еще одна девушка, вспоминая о которой головолома грызла совесть, потерявшая всякую надежду на лучшее.