Книга Головолом, страница 117 – Максим Сабайтис

Марьям сбросила на внешнюю поддержку большую часть автоматизмов, позволяя сенс-камере управлять сердцебиением, дыханием, терморегуляцией организма и так далее.

Маньячка, злорадно подумала Валерия, разбираясь в настройке того, что можно было считать ее трофеем. Много энтузиазма и мало толку.

Барбат осторожно вернула контроль за сердцебиением телу. Изнутри это ощущалось как резкое торможение, с мимолетной дезориентацией во внутреннем мире и расширенной реальности. А затем от сотни с лишним окон осталось только два.

На первом Валерия наблюдала теперь уже собственную кардиограмму, а второе привлекало внимание сообщением о кровоизлиянии в одной из точек непосредственного сочленения чипа с мозгом.

Угораздило попасть в тело полудохлой слабачки, рассердилась Валерия, вызывая новые окна, но раз за разом получая сообщения об ошибке.

Чип отказывался принимать команды: то ли по причине кровоизлияния, то ли новые ритмы мозга не проходили какую-то проверку безопасности.

Должно быть, это проделки Ольги, решила Валерия, убедившись, что на привычные волевые команды чип больше не реагирует.

Без поступления новых раздражителей, запертой в трофейном мозгу магрибинке пришлось хвататься за каждую четкую мысль. Внутренний диалог удерживал ее от беспамятства и прекращения существования. Жажда жизни требовала, чтобы тема предательства Ольги оказалась тщательно обдумана и взвешена.

Кавендиш, точнее Барбат в сознании Кавендиш, должно быть решила занять доминирующее положение среди всех Барбат. Старшая-оригинал в подземельях, вынуждена как-то разбираться с внезапно появившимся Сильвером. Следовательно, если устранить Барбат-Пресслер, можно оказаться единственной Валерией.

Серьезный соблазн, шанс обрести монополию на дарующие бессмертие технологии распределенной памяти.

Обдумав ситуацию с такого ракурса Валерия-Марьям признала, что и сама, скорее всего, поступила бы так же. Уникальная возможность, такими не разбрасываются.

Выживает сильнейшая из Барбат. Естественный отбор и ничего более.

Валерия утешала себя тем, что не умирает до конца. Ее опыт, чувства и память, согласно настройкам кода, записывались на какие-то сервера, чтобы при первой же возможности синхронизироваться с общей памятью Барбат.

Пусть это будет тебе уроком, Барбат-Кавендиш, злорадно думала Валерия, растворяясь во тьме сенсорной депривации по мере того, как истощались запасы нейромедиаторов.

Возможно, она реагировала бы совсем иначе, если бы знала, что Ольга Кавендиш успела отключить медицинскую поддержку сенс-капсулы, из-за чего обрекла свою захватчицу на быструю смерть.

Когда тело Кавендиш нашли корпоративные специалисты из отдела расследований, логи чипа и камеры подтвердили факт самоубийства.

Это, в свою очередь, стало косвенным признанием вины за беспорядки в городе и в региональном отделении “Карфаген Индастрис”.

Собранные на Валерию Барбат данные, зашифрованные парой квантовых ключей, никто не стал отправлять на расшифровку. Предварительная оценка себестоимости показала, что это попросту нерентабельно.

64

— Ты так и не сказал, в чем ошиблась Валерия, — напомнила Флора, когда ей надоело тащиться позади Славки по техническим коридорам. Тут было узко, приходилось то и дело отодвигать в стороны связки кабелей и терпеливо дожидаться пока ее спутник не отопрет очередную дверь.