Книга Пари на развод, страница 33 – Рина Беж

Папа вернулся, когда моему замужеству стукнуло четыре месяца, раньше никак не мог – жесткие рамки контракта не позволяли. К тому моменту я уже была беременна Алешкой и совершенно точно счастлива, что у меня будет малыш.

Если бы не отец, я никогда бы не стала той, кем стала. Именно он брал на себя все трудности, отодвигая работу на второй план и уделяя много времени внуку, пока я и муж получали высшее образование. Он помогал нам с Сергеем становиться на ноги. Не жалел сил, внимания, денег, советов, всего-всего, только бы быть полезным. А еще он больше никогда не уезжал из города, зная, как я буду по нему скучать и волноваться.

Мать время от времени тоже напоминала о себе, но больше тем, что я, неблагодарная, не хочу им помогать.

Так и жили. Налаживали быт, любили, росли сами и растили ребенка.

Казалось, что жизнь сладилась и стала идеальной…

Казалось…

Громкий хлопок где-то в недрах дома заставляет дернуться и вернуться в настоящее. Первая мысль – пойти посмотреть, что случилось. Вторая – плюнуть и сделать вид, будто не слышала.

Выбираю то, к чему лежит душа.

А душа по-прежнему неспокойна.

Решаю, что собственные нервы по-любому дороже чистоты тела, и откладываю привычный ежевечерний поход в ванную, чтобы принять душ, до утра. Все равно вода вряд ли поможет расслабиться, зато вылазка в коридор легко создаст большую вероятность столкнуться с кем-то однозначно нежеланным.

Оно мне надо?

Точно нет.

Еще раз окинув взглядом комнату, прикусываю губу и срываюсь с места. Слегка пофыркивая, перетаскиваю основательный по габаритам кожаный стул к двери и, немного его опрокинув, подсовываю спинкой под ручку, заставляя ту застопориться. Очень удачно ножки мебели упираются в выемку ламината, тем самым создавая пусть не совсем надежную, но всё же опору.

Дергаю дверь, проверяя «запорный» механизм на эту ночь, и остаюсь почти довольной. Если Киров сунется, то либо не сможет открыть, либо создаст такой грохот, что я проснусь. Значит, неприятного сюрприза в его исполнении в любом случае избегу.

А чтобы не давать муженьку повод соваться в нашу теперь уже однозначно бывшую совместную спальню, заранее выставляю все его пожитки за дверь.

Нужны трусы, носки, футболки?

Без проблем. Пусть в своем барахле хоть зароется.

Завалившись на кровать, пять минут медитирую, глядя в потолок, а затем тянусь к телефону. Маргарита берет трубку после второго гудка.

— Привет, Лесь. Ну, как ты, родная? Алешка приехал? Как у него дела? Уверена, первое место взял. Он же у нас крутяк! Ну, не молчи, рассказывай, – выпаливает скороговоркой, будто ей время огнем пятки жжет. – Я весь вечер сижу, как на иголках, но звонить не решаюсь, вдруг отвлеку.

Вот она – непоказательная, а реальная забота.

Вот они – мои близкие, кто переживает и готов всегда помочь. Без условий. Без оглядки на потраченное время и силы. Без вопрошающего: «А что мне за это будет?»

На губах расцветает легкая улыбка, а с плеч словно стопудовые гири сваливаются.

— Лекс – красавчик! – подтверждаю после приветствия. – Медаль за первое место. Ты угадала.

— Вау! Мой же он лапочка! Обязательно завтра куплю его любимые конфеты, – и следом. – Колись, а тули снова продул?

— Продул.

Смеемся.

Это уже как традиция: Алешкины победы в спаррингах и проигрыш в показательном выступлении.