Онлайн книга «Не остуди своё сердце»
|
Когда-то на заре молодости я резко оборвала хорошо начинающуюся карьеру комсомольского активиста – была уже членом бюро Горкома комсомола в одном из городов Башкирии, подающим надежды литсотрудником городской газеты, и завербовалась на рыбную путину на Камчатку! Не захотела стать функционером и карьеристом, зато многое увидела, узнала, передумала. Да и судьбу свою нашла на Дальнем Востоке в лице молодого моряка. И сейчас нет-нет, да сорвусь куда-нибудь в путешествие по странам и весям. А когда нет повода и возможности пуститься в дальний путь, надо просто внимательно оглядеться вокруг, найти возможность иначе взглянуть на окружающее. Вот так однажды, взглянув на пространство с высокого берега Ишима, когда-то давно я обнаружила вокруг наших дач, расположенных в глиняном карьере, несколько террас. По ним раньше спускались машины за глиной. Потом эти неудобья отдали горожанам под дачи, они навозили горы земли, и устроили райский уголок плодородия, стараясь не смотреть, как глиняные стены карьера легко разъедают всё увеличивающиеся овраги. Ведь это свидетельствует о том, что когда-нибудь природа победит, и вся чаша карьера будет заполнена… глиной. Ею будут затоплены все наши прекрасные плодородные дачи. Много лет я наблюдала, как голые террасы сначала заросли травой, потом там зашелестел молодой лесок, появились первые грибы, запели птицы, зашумела жизнь. Последние два года я только издали поглядывала туда, где раньше любила прогуляться, набрать ведёрко молодых коровников, а по весне нарезать пушистых вербочек. Наконец, нынче собралась снова – надела удобную обувь, взяла нож, корзину, и отправилась – ведь на базаре уже появились первые грибы. Может, и я найду… Боже! Какова сила природы! Меня не было здесь только пару лет, а во что превратились раньше просторные террасы! Берёзы, осины, ивы, тополя превратились в могучие деревья, заросли облепихи стали непроходимы, а на полянах донник, девясил, полынь и болиголов вымахали в три человеческих роста! Исчез горизонт, и я не понимаю уже, где нахожусь. То и дело ноги проваливаются в трещины и молодые овраги, скрытые густой травой. Мне становится просто страшно и совершенно не до грибов. Земли не видать, какое-то буйство зелени! Живой бы выбраться, тем более, что мышиный запах болиголова в жаркий день может быть опасным. Мне по-настоящему страшно. Провалишься или упадёшь в обморок – найдут не скоро, кричать станешь – не услышат или отмахнутся: времена-то какие! Что интересно: когда раньше внушали «человек человеку друг», мы и относились по-человечески. Потом сказали – «каждый за себя», мы и в это поверили. И… последовали, так изменившись на протяжении всего одного поколения… Какие мы внушаемые… Мне жарко и страшно, сердце ухает где-то под горлом, вот опять чуть не упала, а этот болиголов так воняет! Когда-то собирала его цвет в банку с водкой для лечебных целей, так в тот же день попала в больницу на целых пол-месяца – вся покрылась язвами. Крепкая длинная трава вяжет мои ноги, ветви хлещут по лицу, какие-то рытвины, ямы преграждают путь. Я уже не думаю о грибах, не рада прогулке. Но вот просвет… Я прорываюсь с боем к тому месту, где можно спуститься к дачам. В этом месте сосед-пасечник выставил свои ульи, и пчёлы роями кружатся над пасекой. Раньше бы я побоялась и близко пройти, но отступать некуда, не возвращаться же назад! И я решаюсь, ведь уже в ста метрах отсюда – моя дача. Я уже вижу её! Отважно миную пасеку вплотную к ульям – была не была… Пчёлы возмущены и гневно жужжат в нескольких сантиметрах от лица… |