Книга Обещал жениться, страница 44 – Любовь Матвеева

— Как жизнь-то сложилась? – спрашиваю его.

— Да неважно. Пришёл из армии – женился на женщине с ребёнком, мальчиком. Усыновил. Жили мы тогда в Рязани. Родилась дочь. Сын подрос, стал себя плохо вести. Я попробовал его приструнить – жена взъярилась: «Не трогай сына, ты не имеешь права – он тебе не родной!» Так сын в десять лет узнал, что я – не настоящий его отец. И в дальнейшем манипулировал: «я не твой сын», всё больше отходя от норм поведения. Теперь ему за тридцать, сидел в тюрьме, и вот совсем недавно я ему помог снова избежать заключения.

Как-то мы поехали с женой на её родину, под Калугу, в деревню. Там её мать жила. Смотрим, а тёща совсем плоха – ноги распухли, сердце едва бьётся. А какое лечение в глубинке? Я предложил тёщу забрать к себе, в Рязань. Забрали, вылечили, человек ожил. Однажды прихожу с работы – я тогда за все водоёмы в области отвечал, чтобы соблюдались водоохранные мероприятия, и слышу тёщин голос:

— Что ты с ним живёшь? Вон, смотри, какие богатые мужики одни пооставались, кулёма!..

— Это что за разговоры? – дал я знать о себе, что пришёл. Думал, такие разговоры в шутку. А они обе на меня накинулись:

— Ты что, подслушиваешь? – мне же и досталось. К тому времени мы с женой прожили двадцать восемь лет. Дочь замуж вышла, уехала в Архангельск. Сын тоже жил отдельно. Тёща продолжала взрывать обстановку изнутри, и работа её не пропала даром. Мы с женой разошлись, я уехал в Самару, оставив квартиру и всё добро своей «половине».

— Ну и что, осталась БАБА НА БОБАХ? – спросила я сочувственно у соседа.

— Да нет, жена действительно вышла замуж за богатого человека. Живёт вот уже шесть лет. Только тёще не сладко – выгнали её. Не пожилось, видно, ей и с новым зятем спокойно. Теперь просится ко мне, письма пишет жалобные.

— А дети?

— Сын равнодушен, хоть я ему всё время помогаю, не работает. Он бы тоже хотел и вовсе ко мне переехать, но я возражаю. Мать от него отказалась. Да и дочь меня любит, чувствую, но мы поддерживаем хорошие отношения.

— Ну, а вы сами-то?..

— Я тоже попробовал жениться, понравилась одна женщина. Муж её много лет избивал, и она от него ушла. Прожили мы два месяца. Вдруг вечером раздаётся звонок в дверь, я открыл.

— Я – муж Татьяны. Хочу поговорить с ней, – говорит незнакомый мужчина.

— Если она захочет… – говорю.

— Хочу! – сказала моя сожительница из-за плеча, вышла в коридор. Поговорили они за дверью. Заходит обратно:

— Извини, я хочу вернуться к мужу, – и ушла.

Через пол-года я иду по улице, а навстречу – она, в синяках. Поздоровались, и разошлись…

Тут объявили поезд на Самару, мы попрощались с новым знакомым, пожелав друг другу всего доброго. Теперь дружим по интернету. Виктору нравятся мои рассказы…

Я живу на первом этаже, весь двор передо мной – как на ладони. Его составляют две пятиэтажки и девятиэтажка. Вот уж третье десятилетие наблюдаю за его жизнью. При случае стараюсь познакомиться с людьми. Вон идёт «дворничиха», бывшая жена нашего дворника Толи. Он уж лет десять, как «упокоился» – пил много. А жена его здорова, всё подращивает и подращивает зарождающиеся поколения Толиной задорной фамилии – Петуховы. Сначала выносит личинок человека на крылечко, на лавочку. Потом начинает «куколок» возить в коляске. Вот уже за ручку ведёт в детсад. Провожает в школу с портфелем… Идёт, нарядная, с выпускного бала… Вот с новым кулёчком появляется на крыльце… с коляской… за ручку… С бала… И снова – на крыльце… с коляской… за ручку… Наде Петуховой много лет, но бодрость и самоотверженность не оставляют её, а чувство долга не даёт расслабляться. Людей она выращивает качественных – их многочисленная небогатая семья ни в чём дурном никогда не была замечена.