Книга Иллюзия страха, страница 18 – Дарья Демидова

— Мозг, — не задумываясь ответила Маша, чем получила любопытный взгляд и от одногруппников, и от Голицына. — Ну разум, то есть.

— Продолжайте, Мари, — ободряюще улыбнулся он.

— Ну... — Маша никогда не страдала от отсутствия красноречия, но внимательный взгляд Маркуши, как его ласково называла Лизка, заставлял периодически лепетать что-то невнятное. — Я просто подумала, что существо умеющее думать, анализировать и планировать, гораздо опаснее существа, которым движут инстинкты... Поэтому вампиры, демоны и прочие разумные опаснее, потому что они обычно планируют твою смерть.

— Планируют твою смерть... — задумчиво, словно эхом повторил Голицын.

— Да, стремно, когда твою смерть планирует какой-нибудь маньяк, но от него хотя бы можно спастись, ведь он тоже смертный, а когда твою смерть планирует демон — все, покупай белые тапки, — продолжила Машину мысль Лиза.

— Демоны! — хлопнул в ладоши Марк Юрьевич. — Почему никто не назвал демонов?

— С ними можно договорится, — хихикнул Костя Понамарев.

— Да вы что? А я и не знал, — усмехнулся Голицын. — Но ведь есть демоны, которые не заключают сделок.

Он сощурился и обвел аудиторию пристальным взглядом ярких синих глаз.

— Акудзины не совершают сделок... Наверное, — вставила Маша, вспомнив иллюстрацию, которую вчера смотрела в библиотеке.

— А это что за зверь? — искренне кто-то удивился.

— Это не зверь, — бросил Голицын в сторону, а сам неотрывно сверлил Машу взглядом. — Откуда такие познания Мари? Акуре — это нечто очень необычное для средней полосы России.

— Смотрела иллюстрации и задумалась над Японской мифологией, — пожала она плечами.

— Если надумаете, помогу вам. Про этих я могу кое-что поведать, — загадочно улыбнулся он, а Маша подумала, что с ним явно что-то не так — не то возбужденный, не то наоборот уставший, а он тем временем продолжал, — Действительно есть демоны, не заключающие сделок. Акудзин — один из примеров. С японского переводится как "демон" или "злой дух". Они питаются людскими негативными эмоциями — страхом, болью, ненавистью, — реже положительными. И могут их усиливать. Питаясь, они становятся сильнее, отчего усиливаются уже их способности — сила, выносливость, могут мгновенно переносится в пространстве, владеют телекинезом... Но самое главное — от обычного человека мало, чем отличаются, точнее в обычной жизни ничем, лишь во время трапезы их глаза становятся полностью красными, белки в том числе.

— А на картинке у него были рога и серая потрескавшаяся кожа, — вставила Маша.

Голицын оперся рукой на стол и недоверчиво посмотрел на нее:

— Мне кажется, Мари, вы читаете какие-то неправильные книжки... Загляните ко мне после пятой пары, я скажу, где в библиотеке искать более достоверную информацию.

— Достоверную? — усмехнулась Маша. — Это же мифы. Сказки!

— Неужели вы верите, что вампир испугается чеснока? — искренне улыбнулся Голицын. — Скорее сварит суп.

Маша пожала плечами. В принципе на счет чеснока она была с ним согласна.

* * *

— Идём? — спросила Лиза.

— Куда? — не поняла Маша, все ещё прокручивая в голове перебранку с Нестеровым, который обещал досрочно отправить на пересдачу. А ведь она всего лишь указала ему на ошибку в его же пособии по его же предмету.

— О май год, Мари! — переиначила подруга ее имя на манер Голицына, который иначе ее редко называл. - К Катюхе на днюху в общагу. За подарком ещё надо.