Книга Я разрешила себе сама, или Когда наступит тот самый день, страница 24 – Яна Матвеева

— К сожалению, у меня ничего нет к нему. А вчерашние печенья мы с тобой все умяли с твоим сказочным вареньем. Я совершенно забыла что-то купить, – сказала я и вспомнила, что на самом деле специально старалась избегать сладкое, так как назревал отпуск.

— Ничего. Кстати, как насчет твоих тортов. Как давно ты пекла? Ты уже успела похвастаться на работе своими шедеврами? Они бесподобны! Каждый в городе хоть раз да просил тебя на какой-либо свой праздник испечь для него торт. Вкуснее невозможно было найти в округе. Да и вся выпечка в твоем исполнении превосходна! Ты такая мастерица! Бабушкины секретные рецепты ты до сих пор хранишь в тайне?

— Да, Лидка! Перестань! Обыкновенные торты! Сейчас что только не найдешь в магазинах и в просторах интернета. Все, что хочешь!

— Нет!!! Такого точно нигде нет! – громко сказала она. – Я знаю это на тысячу сто процентов! То, что готовишь ты, просто тает во рту и имеет обалденный вкус. С тобой становиться опасно находиться рядом, когда ты кулинаришь, так как это однозначно грозит лишними килограммами. А с какой любовью ты это делаешь! Ты же вся светишься во время этого!

— Да брось. Это было просто увлечение!

— Нет! Это призвание! Это твой талант! Тебе дано это, понимаешь! Не другому. ТЕБЕ!!! Это твое! Каждому что-то присуще! Не может быть по-другому. Просто кто-то принимает свой дар как должное и забрасывает. А кто-то раскрывает его и делиться со всеми. Представляешь, если б Патриция Каас или другая талантливая певица пела только у себя в душе, оправдывая это тем, что: ”Подумаешь, все могут петь в душе”.

— Ха, ха, ха. Ну ты сравнила! Патриция Каас и я.

— Да, но она сильна в своем, а ты в своем. Просто это надо развивать, а не зарывать, как ты это делаешь.

— Ну, для кого мне печь, Лидка?

— Начни сначала для себя, для вдохновения. Всегда приятно заниматься любимым делом! А потом найдется для кого, я тебя уверяю!

— Не знаю. После того, как не стало бабушки, это перестало приносить мне радость.

— Это самообман. Любимое занятие не может не приносить радость, поверь. Просто ты скучаешь. А выпечка – это то, что напоминает о ней. Наверно, должно пройти еще время. Я тоже помню твою бабушку. Она была такой теплой и доброй.

Я сняла с плиты чайник, свист которого раздался на всю кухню. Я вдруг вспомнила, как сильно боялась потерять ее. На всем белом свете дороже никого не было. Я знала, что если ее не станет, то останусь «один на один» с этим миром. И от этого мне становилось страшно. Я не чувствовала, что кому-то еще нужна также как ей. Ее постоянная забота, переживания и молитва за меня были непробиваемым щитом от всего. Я знала, что меня ждут, любят и, чтобы не случилось, мной гордятся! И этого было достаточно, чтобы сворачивать невидимые горы, идти к цели и самое главное – спешить домой!

Я наполнила водой чуть больше половины чашки с гранулами кофе, помешала ложкой и поставила их на подоконник. Слабый дымок поднялся над ними, и тонкий аромат бодрящего напитка донесся до нас. Обеими руками я обхватила свою и облокотилась на оконную столешницу. Мы одновременно посмотрели в окно, откуда открывался восхитительный вид на парк и город.

— Красота-то какая! Лепота! – сказала Лида словами из известного фильма и отпила немного.