Книга Я знаю твою тайну, страница 8 – Вероника Ольховская

— Может, останетесь на ужин? — предложила мама. — Давно не виделись… Я так хотела с тобой поболтать.

— Простите, но я сегодня очень устала. Может, в следующий раз?

Я любила Антонину Семёновну. Она тепло приняла меня в семью, всегда помогала, вставала на мою сторону при ссорах с Эдом — можно сказать, считала своей родной дочерью.

Но какой бы прекрасной женщиной ни была Антонина Семёновна, наш ужин сегодня был невозможен — разрыдаться на плече матери изменщика сейчас я была точно не готова.

— Сначала в магазин, а потом домой? — спросила я, когда мы сели в машину. — Фунчоза с креветками… Минимум соли, сахара и соевого соуса. Я помню.

— Я не голодная… Поэтому давай сначала в парк! — воодушевлённо произнесла Ника. — Мы так давно не гуляли… Слепим снеговика, пофотографируемся. А потом позвоним по видеосвязи папе! Я обещала ему…

— Д-д-да, конечно. — Я изо всех сил пыталась держать себя в руках, услышав о муже. — Поехали…

Вечер был потрясающим. Пушистый снег медленно падал с неба, застилая дорожки белоснежным покрывалом. Наступая на него, я безуспешно пыталась забыться, прислушиваясь к тихому, приятному хрусту.

Николь, словно маленькая девочка, восторгалась мелочами: снегири на крепких еловых ветвях, милые гуляющие собаки, мороз, обжигающий щёки, — ей было неважно, чему радоваться.

Мы фотографировались, кидались снегом и смеялись. Играя с дочкой, я смогла ненадолго отвлечься, не думая про предательство её отца.

Но когда Ника устала, решив недолго посидеть на лавочке, я снова вернулась в ужасающую реальность, в которой меня ждали развод, раздел имущества и борьба за дочку.

Я впервые за долгое время чувствовала себя слабой. После смерти родителей, мне казалось, что больше ничто не сможет подкосить меня, лишить уверенности в завтрашнем дне. Но у человека, которого я безумно любила, получилось растоптать мою убеждённость.

Смотря на безмятежную улыбку дочки, слыша её звонкий смех, я внезапно задумалась… А почему страдать должна была я?

Мой муж мне изменил. Та девушка, зная, что у него есть жена, не прервала их преступную связь, а с головой нырнула в пучину коварных чувств. Это они переступили черту. Это их души должны были гореть в адском котле нестерпимых мук.

Так почему же страдала я?

Эта мысль отрезвила меня. Стала хлёсткой пощёчиной, остановившей бесконечный поток самобичевания.

Мне было ради кого жить, было за кого бороться. Я не могла лишиться самого ценного — не могла потерять моего маленького ангела.

— Папочка, приве-е-ет! — радостно воскликнула Ника, широко улыбаясь в камеру. — Смотри, какая у нас красота! — Подняв телефон, она покрутилась. — Видишь? Настоящая зимняя сказка…

— Вижу, моя хорошая, — из динамика послышался ласковый голос мужа. — А у нас сегодня дождь — пришлось весь день просидеть в номере. Так тоскливо без вас…

Пока Николь звонила отцу, я стояла в стороне. Слышать безмятежного Эда было невыносимо больно — сердце разрывалось от мысли, что он вскоре вернётся из командировки домой.

Тихие слёзы медленно скатывались по коже, сбивая дыхание. Но я не могла показать дочери свою слабость, поэтому быстро взяла в себя в руки, вытерла щёки и широко улыбнулась.

— А где мама? Неужели ты настолько выросла, что теперь можешь гулять без неё?