Книга Жить только тобой, страница 21 – Кэрол Маринелли

Его повеселил такой ответ. Эмили ерзала на сиденье, тщательно подбирая слова.

— Зачем ты закрыла детские замки? — поддразнил он.

— Поймала!

— София велела тебе держаться подальше?

Она кивнула.

— Но я не знаю, как это сделать. Хочу, чтобы сайт понравился всем. В том числе и твоему отцу.

— Дай мне обсудить это с братом и сестрой.

— Конечно.

— Ты гордишься своей матерью?

— Да, — ответил он, не задумываясь. Эмили стала первым человеком, при котором он упомянул о таланте матери. — Раньше я заходил с ней за кулисы, слушал одобрительные возгласы. Она невероятно талантлива.

— Я была бы рада научиться танцевать.

— А ты не умеешь?

— Я занималась балетом, но…

— Но что?

— Я его ненавидела. Одна из девушек назвала меня толстухой.

— Ты была толстой?

— Немного.

— Мы здесь толстых малышек называем милыми.

Моя сестра была очень «милой», — заметил он, а Эмили рассмеялась, — зато отличная наездница. — Он притормозил машину. — Это наша семейная резиденция.

Эмили обозревала огромный огороженный участок и раскинувшуюся вдалеке гасиенду.

— Это твой дом?

— Именно. Видишь конюшни? Там Кармен проводит большую часть времени.

— Они здесь с отцом живут?

— Да. Она не тренируется на арене или в школе верховой езды. Это что-то вроде конного балета.

— Выездка?

— Вроде того. Совершенно невероятная. Огромная часть жизни Кармен здесь, в Хересе. Она научилась ездить верхом раньше, чем ходить.

— Она не занималась фламенко?

— Боже, нет, она его ненавидит.

И он много лет думал так же. Однако прошлой ночью, увидев восторженное лицо Эмили, понял, что к нему возвращается удовольствие от этого.

— Каково это, когда твоя мама — знаменитость?

Он не ответил. Она исправилась:

— Разумеется, все равно это просто твоя мама.

— О нет. Поверь, у себя дома она была звездой. Всегда хотела ездить на гастроли, выступать с концертами. Мой отец ревновал, желая, чтобы она чаще бывала дома. А за нами постоянно присматривали няни. И ругались всякий раз, когда мама возвращалась. Поэтому она просто перестала приходить домой.

Алехандро удивил Эмили. Она ожидала горечи в голосе, но нет, он, казалось, видел ситуацию с обеих сторон.

— А если бы жених попросил тебя бросить работу?

— О, он бы никогда этого не сделал, ему нравилось, что я работаю. — Они оба рассмеялись, хотя она говорила серьезно. — Пока я работала на него.

— Знаешь, ты, наверное, могла бы оспорить его право на это. В смысле того, что, если бы вы были вместе все эти годы, ты могла бы утверждать, что вы договорились.

— Нет уж. Да, я знаю, что могла бы побороться. А смысл? Я усвоила урок. И никогда больше не свяжусь с тем, кто занят в семейном бизнесе.

Она остановилась, осознав сказанное. Но Алехандро забавляло ее смущение.

— Хорошо. Значит, ему нравилось, когда ты работала? Я, кстати, не завожу серьезных отношений.

— Он никогда бы не поддержал меня в собственном деле.

— Печально.

— Правда?

— Да. Я видел результаты твоей работы. Если бы отец начал следить за матерью, путешествовать с ней…

— Ну, вообще-то, у него трое детей.

— Нас бы в любом случае растили няни. Я же сказал, что расставания не обязательно должны быть тяжелыми. Такими их делают сами люди.

— Думаю, это зависит от того, кто кого бросает.

— Нет. С самого начала неплохо бы договориться, что это ни к чему не приведет. Наслаждаться друг другом сколько угодно, а потом расстаться без сожалений.