Книга Горячая встреча, страница 39 – Джосс Вуд

— Итак, когда ты собираешься поговорить со мной о правилах, сказать мне, что вчерашняя ночь — не очень хорошая идея, что мы коллеги, которые не должны усложнять себе жизнь любовными отношениями?

Боже! Она ненавидела, когда он читал ее мысли. Она боролась с желанием либо стукнуть его, либо поцеловать и стереть это всезнающее выражение с его лица.

— Мне нечего добавить, ты все сказал за меня, — ответила она, довольная своим сверхразумным тоном. — Мы взрослые люди, Айша, мы можем отделять секс от работы, — сказал ей Паско резким тоном. — Одно не имеет ничего общего с другим. — Разве ты не говорил, что избегаешь меня из-за того, что тебя влечет ко мне? Потому что ты продолжал думать о том, как бы затащить меня в постель.

— Справедливое замечание, — признал он.

Айша посмотрела на него поверх края своей кофейной чашки.

— У нас есть история, Паско, та, которую не стереть одной горячей, как огонь, встречей. Мы разведены, и одна ночь разговоров не избавит нас от прошлого. А нам нужно работать с тобой, наши личные отношения все усложнят.

Паско вздохнул и поставил свою чашку на балюстраду. Он нахмурился и провел рукой по лицу. — Ты хочешь еще раз поговорить о прошлом?

— Я вижу, что ты этого не хочешь, — парировала Айша.

— Что еще я могу сказать? Я был властным и надменным и не проводил с тобой достаточно времени. Ты не объяснила, в чем причина твоего несчастья, а потом сбежала, оставив только записку. Эйш, ребята не сильны в подтексте, мы не читаем между строк. Я прямолинейный парень. Я мог бы понять, насколько ты была несчастна, если бы ты усадила меня, посмотрела мне в глаза и все объяснила. Такие слова, как «я уйду, если ты не изменишь свое отношение ко мне», «я несчастна», «помоги мне разобраться с этим»… — Он пожал плечами. — Но может быть, из-за того, что я был слишком молод, или слишком тщеславен, или слишком ленив, мне было легче сказать себе, что все, из-за чего ты переживаешь, пройдет.

В немалой степени ей хотелось, чтобы Паско был во всем виноват. Но это было бы несправедливо. Айша смотрела, как волна покрывала скалы белой пеной, и собиралась с духом.

— Все в моей семье очень умны и эрудированны, Паско. Они также чрезвычайно рациональны, и, будучи учеными, ни один из них не руководствуется эмоциями. Я кукушка в гнезде. Мне было трудно выразить себя словесно, при этом я была ходячим сгустком эмоций. Я пыталась говорить с ними, но, поскольку мы подходили к вопросам с разных сторон — рациональное мышление против эмоционального, — редко понимали друг друга. По этой причине я стала уходить от разговоров, чувствуя себя ничтожной и очень глупой. Я научилась отключаться, держать свои мысли и чувства при себе. Не только с ними, но и со всеми. Наверное, я перенесла это в наш брак. Глупо было думать, что, если ты любишь меня, сам поймешь, что я переживаю.

— Зато у нас нет проблем с общением в деловой обстановке, — прокомментировал Паско.

— В первые дни работы в «Линтел энд эмп» меня прокатили с повышением, несмотря на то что я была чертовски хороша в своем деле, и прокатили не один раз, а дважды. Майлз, мой босс, отвела меня в сторону и сказала, что, если я хочу продвинуться, мне нужно научиться формулировать свои мысли и замыслы, лучше общаться.

Айша понимала, что должна все обдумать, и повернулась, чтобы уйти, но Паско удержал ее за край рубашки. Она резко обернулась и хмуро посмотрела на него: