Книга Фантазии о счастье, страница 54 – Дженис Мейнард

— Ты злишься, – догадалась она, и сердце у нее упало.

Он пожал плечами:

— Нет.

И Фиона решила, что настало время узнать правду: ему – о ребенке, ей – о том, как он к этой новости отнесется. Она села и закуталась в простыню до самой шеи, словно такой разговор нельзя было вести обнаженной.

— Я должна кое‑что сказать тебе, – начала Фиона, и дрожь охватила ее тело.

— Мне надоело говорить и слушать, Фи. Я объявляю тайм‑аут. Ты в своем углу, я в своем. Эти отношения отнимают слишком много сил.

Следующие тридцать минут прошли в тумане отчаяния. Они по очереди приняли душ. Молча позавтракали, когда в номер принесли кофе и круассаны.

Одетые и готовые к отъезду, они спустились вниз с сумками и сдали ключи. В чемодане Фионы лежало сложенное атласное платье. Праздник кончился.

Хартли отвез ее домой, не сказав ни слова. Он остановился у дома Фионы и оставил мотор включенным. Ей ничего не оставалось, кроме как выйти из машины, но она медлила.

— Ты покончил со мной? Покончил с нами? – с горечью спросила она.

Выражение его лица было непроницаемым.

— Даже не знаю, – ответил он.

В последующие дни Фиона полностью погрузилась в работу. Этот способ уйти от грустных мыслей никогда не подводил ее. Ей нужно было заработать как можно больше денег до рождения ребенка. А у нее в запасе было всего лишь пять‑шесть месяцев.

Она понятия не имела, как справится со всем, что ей предстоит. Уход за новорожденным потребует много сил и времени. И не будет оплачиваемого отпуска по беременности и родам для самозанятого художника. Должна ли она забыть о гордости и попросить помощи у Хартли?

Должно быть, он думал, что его план путешествия по миру не заинтересовал ее. А все было наоборот. Это выглядело так, как будто у них будет медовый месяц. Но подготовка к рождению ребенка и завершение ее проектов не позволяли ей думать о путешествиях.

Ее тело менялось: груди стали больше, живот округлился. Каждое утро она говорила себе, что сегодня разыщет Хартли и сообщит ему новость. Но каждый день ее охватывал приступ малодушия.

Она боялась, что гнев, который отразится на его лице, уничтожит ее. Но она хотела этого ребенка. Отчаянно. Она знала, что Хартли не может допустить или не хочет его рождения, это терзало ее сердце.

Спустя неделю после гала‑концерта на пороге ее дома неожиданно появилась Мейзи. Фиона вытерла руки, выглянула в окно, и у нее защемило сердце. Это был не Хартли. Фиона открыла дверь.

— Привет, Мейзи. Что случилось? Входи. Прошу извинить меня, я вся в краске.

Но Мейзи не проявила своей обычной доброжелательности.

— Что ты сделала с моим братом? – сердито спросила она, уперев руки в бока.

— Ничего, – подавленно ответила Фиона и покраснела. – О чем ты?

Сестра Хартли нервно ходила взад‑вперед.

— Джонатан беспокоится о нем. Он говорит, что на работе все идет гладко, но Хартли далек от всего.

— Наверное, это можно объяснить тем, что его так долго не было с вами.

— Это еще не все. – Мейзи нахмурилась. – Джей Би собирается устроить большую вечеринку по случаю моего дня рождения. Я попросила Хартли прийти с тобой, но он сказал, что ты будешь очень занята. Что происходит между вами?

— Я уверена, что Хартли найдет время для вечеринки, и ты не должна так огорчаться, это вредно тебе и малышу. Дайте Хартли немного времени, чтобы восстановиться. С ним все будет в порядке.