Книга Фантазии о счастье, страница 39 – Дженис Мейнард

Фиона закрыла глаза. Было слишком раннее утро для того, чтобы вступать в пререкания с этим чародеем.

— Я тебе уже говорила, мне нравится мое уединение и мое пространство.

— Твоя студия находится в задней части дома, я буду держаться от тебя подальше. Ты даже не будешь знать, что я здесь.

Ее мозг был затуманен. Она чувствовала запах его согретой сном кожи. Ей хотелось вернуться в постель. «Ты даже не будешь знать, что я здесь». Он что, шутит?

Он осветил утро своей улыбкой, эта чарующая улыбка была одной из причин, почему она оказалась в таком плачевном положении.

С того момента, как Фиона встретила красавца‑шафера, когда они вместе провожали своих общих друзей к алтарю, она чувствовала, что погибла. Никогда еще она не встречала такого, как Хартли. Упрямый альфа‑самец, который формировал мир по своему вкусу, мог посмеяться над собой и заманить женщину в свою постель, очаровав ее своей улыбкой и блеском в глазах.

У нее не было оружия против его обаяния, он был так искренен в своих добрых намерениях. Хартли полагал, что может управлять миром или, по крайней мере, частью его.

Она потерла виски.

— У тебя куча денег, Хартли. Найди отель поблизости. Их там десятки.

— Я скучал по тебе, Фи. Скучал по твоему телу. Я хочу быть здесь, с тобой. Пусть будут платонические отношения, если это необходимо, пока ты снова не сможешь мне доверять.

— Ты действительно думаешь, что это возможно: я буду спать в своей постели, а ты на диване? Я не настолько наивна, Хартли.

Его большой палец скользнул вверх по ее руке, дразня внутренний изгиб локтя.

— Это зависит только от тебя.

Теперь, когда тошнота отступила, ее охватило возбуждение.

— Отведи меня обратно в постель. Еще слишком рано. У меня голова не работает.

— Как пожелаешь, дорогая.

Он взял ее руку и пососал мизинец, слегка покусывая костяшки пальцев. Фиона поразилась своей реакции, задаваясь вопросом: всегда ли у нее была эта эрогенная зона или беременность сделала ее ненасытной?

Спохватившись, что еще нет и семи часов, Фиона отдернула руку, пробежала по коридору в спальню и забралась под одеяло. Хартли улегся за ее спиной и уткнулся ей в шею.

— Ты хочешь спать или трахаться?

Ее смущенное хихиканье было предательски девичьим.

— А у меня есть выбор?

Он наклонился над ней, выражение его лица было абсолютно серьезным.

— У тебя всегда есть выбор, Фи.

— Я тебя ни в чем не обвиняю, ну, кроме того, что совершенно не в состоянии тебе сопротивляться, – скороговоркой произнесла она, чувствуя себя маленькой и беззащитной.

— О, Фи, это комплимент?! Я так польщен, даже не знаю, что сказать.

Она обняла его за шею, притягивая для поцелуя.

— Ты дашь мне время подумать насчет нашего совместного проживания?

«Может быть, утренняя тошнота скоро пройдет и присутствие Хартли в моем доме не будет такой уж проблемой», – решила она.

— Вполне справедливое требование.

Хартли встревожился, проснувшись утром и обнаружив, что лежит в постели один.

Найдя Фиону в кухне, он заметил, что она расстроена, словно ее нервировало его присутствие. Но теперь она была нежной и ласковой. Он запустил пальцы в ее взъерошенные кудри.

— Я тебе говорил, как сильно люблю твои волосы?

Она поморщилась.

— Я ненавидела их почти всю свою жизнь. Мне не часто разрешали ходить в кино, но у одной из моих приемных мам была огромная коллекция дивиди. Я обожала смотреть на Гвинет Пэлтроу в «Эмме», на Кейт Хадсон в фильме «Как отделаться от парня за десять дней». Я завидовала их белокурым волосам, красоте, потому что была полной противоположностью – тощей, веснушчатой и застенчивой.