Книга Фантазии о счастье, страница 12 – Дженис Мейнард

— Кто выполнял твою работу в «Тарлтон шиппинг», пока ты отсутствовал?

Она задала простой вопрос не для того, чтобы причинить ему боль. Но чувство вины поразило его в самое сердце.

— Даже не знаю.

Фиона была не единственной, кому он причинил боль, когда сбежал в Европу. Он оставил семью и бизнес, оборвал все связи. У него были на то свои причины.

Фиона беспокойно зашевелилась.

— Пляж чудесный, Хартли, но мне действительно нужно домой.

— Я обещал все тебе объяснить. Но уже поздно. Не уверен, но могу ли я спать на твоем диване? – спросил он, не надеясь на положительный ответ. Маленький домик Фионы олицетворял для него мир и утешение, которые он потерял год назад.

— Нет, – резко ответила она. И, не говоря больше ни слова, направилась к воротам в высокой кирпичной стене.

— Вполне справедливо.

Он догнал ее и подхватил на руки. Ему было необходимо обнять ее.

Фиона не сопротивлялась. Но, как только они вернулись к машине, она вырвалась из его объятий. Затем она пригладила волосы, стряхнула со ступней песок и надела босоножки.

Потом она встала, уперев руки в бока, и стала смотреть, как он переодевается.

— Ты ничего не должен мне объяснять. Я тебе это уже говорила.

Он обогнул машину и осторожно обхватил ладонями ее лицо.

— Но я хочу объяснить, Фи. И скажу тебе честно, я хотел бы снова спать с тобой, у нас был отличный секс.

— Спать со мной? Секс?

— Секс, – пробормотал он и вдруг понял, что ведет себя как полный придурок. Но он не хотел выворачивать душу наизнанку и больше ничего не мог предложить. Его жизнь – настоящий хаос. Фиона потребует от него полной откровенности, но он сам еще не во всем разобрался.

Он видел по ее лицу, что она разгневана.

— Секс – это не решение твоих проблем, Хартли, – сказала она.

— Может быть, и нет, но это было бы чертовски здорово, и если ты будешь честна с самой собой, то согласишься, что я прав. Я знаю, что все испортил, но больше так с тобой не поступлю.

— Как я могу тебе верить? – Она невесело рассмеялась. – Доверие – болезненная тема для меня. Ребенком я испытала, что такое быть брошенной, жила в разных приемных семьях. Меня так и не удочерили. Так что у меня мало оснований для того, чтобы быть доверчивой. Твое отношение ко мне убедило меня в том, что я права.

У скольких женщин хватит мужества на такую искренность? Ему было что сказать по этому поводу, но он не знал, как исправить то, что натворил.

— Я очень хочу поцеловать тебя, Фи, – пробормотал Хартли, – но изо всех сил стараюсь уважать твои желания.

На ее ресницах блеснули слезы. Она фыркнула.

— Заткнись и сделай это, ты раздражаешь меня, мужчина.

Хартли только этого и ждал. Он поцеловал ее и в этот поцелуй вложил всю свою нежность, все свое сожаление о той оплошности, которую он совершил.

Фиона издала сдавленный горловой звук и наконец ответила на его поцелуй.

Когда ее тонкие руки обвились вокруг его шеи, он почувствовал себя так, словно выиграл в лотерею.

Она была такой нежной, такой податливой, когда прижалась к его груди. Он поднял ее на руки и прижал к себе, желая продлить поцелуй.

— Прости, – пробормотал он. – Мне так жаль, что я причинил тебе боль.

— Ты прощен. И я не жажду наказывать тебя.

Она оттолкнула его, и он неохотно отпустил ее.

— Ну и что теперь? – тихо спросил он.