Книга Полтора метра безобразия, страница 6 – К.О.В.Ш.

* * *

Солнце жизнерадостно светило в окно, а я уже минут пятнадцать томился в школьном коридоре, с заинтересованным видом разглядывая паутинку трещин на побелке. Звонок об окончании седьмого урока все не звонил, а мне все сильнее хотелось курить. Однако отойти я не мог – боялся, что Кира сбежит.

С утра мне пришлось чуть ли не силком затаскивать ее в машину, благо у школы она скандалить не стала и позволила ее отконвоировать до класса. Сдав ее на руки Зинаиде Яковлевне, я поехал по делам.

Три часа на скучнейшем совете директоров, пара деловых встреч и вот я снова здесь. В руках у меня пакет, скрывающий дорогие духи, коробку вкуснейших бельгийских конфет и бутылка элитного вина родом из Италии, а также огромный букет из скольки-то там орхидей. И конечно, как только прозвенел звонок, и в коридор хлынули толпы галдящих учеников, я вошел в класс с самой очаровательной улыбкой на губах.

Десятиклассники, торопливо кидавшие в сумки учебники и тетради, замерли, увидев ослепительного меня. Я неторопливо приблизился к женщине пост бальзаковского возраста, вручил ей свою ношу и отметил, что сегодня она еще прекраснее, чем обычно. И не важно, что это наша первая встреча.

— Такая роскошная женщина в таком унылом месте, – с сожалением проговорил я так, что бы услышала только она. – Вы слишком хороши для преподавания. Вы не думали сменить профессию?

Проворковав с ней в подобном тоне пару минут, я заслужил ее одобрение и, подхватив остолбеневшую Киру под руку, потащил ее на выход.

— Фу, ты что, состоишь в клубе любителей тех, кому за сто? – С отвращением пробормотала неблагодарная девчонка. Можно подумать я не ради нее распинался перед этой представительницей рода нафталиновых?!

— Ну, женщины, как хорошее вино, с годами только лучше, – подмигнул я. Пусть не обольщается тем, как я ради нее надрываюсь.

— До чего же ты гадок, – буркнула Кира, запрыгивая в машину.

— Какой есть, – Негромко ответил я, но она уже воткнула в уши наушники. Что за несносный ребенок?!

* * *

Вернувшись домой, я усадил Киру за уроки. То есть, мы час орали друг на друга, а потом я, нарушив все принципы воспитания, пошел на подкуп, пообещав ей снять домашний арест, если она будет нормально учиться. Еще немного поворчав, она согласилась и устроилась на диване в гостиной. Некоторое время я ковырялся в ноуте, просматривая чертежи здания, которые надо было завершить в ближайшее время и представить директорам.

Когда я, наконец, покончил с работой, то обнаружил, что мелкая что-то рисует в тетради. Незаметно подкравшись к ней, я разглядел какие-то цветочки – василечки и плюхнулся на диван рядом с ней.

Внутри меня все клокотало от возмущения, а когда я увидел наушники у нее в ушах, я достиг крайней точки кипения.

— Чем это ты занимаешься?! – Взорвался я, когда она соизволила обратить на меня внимание.

— Алгеброй? – Пискнула она, заметив мой безумный взгляд.

— И как это, прости, относится к уравнениям, которые ты должна решить? – Возмутился я.

— Я нифига не понимаю, – тяжело выдохнула Кира, обреченно посмотрев на тетрадь.

— Тупица, – бессильно пробормотал я, пробегая глазами по каракулям в тетради. – Это же как дважды два.

— Так помог бы, раз такой умный! – Она еще и огрызается!

Однако посмотрев в ее унылое лицо, я понял, что она действительно не понимает.