Книга Некрасивая жена, страница 14 – Наталия Доманчук

Потом она пару раз обмолвилась, что, мол, «некрасивая». Я едва удержался, чтобы не спросить: «Кто тебе вообще это сказал?» Потому что я видел совсем другое. Видел искреннюю, нежную девочку с голубыми глазами, в которых можно утонуть. Особенно сегодня. Юбка выше колена, яркая кофточка — и все, весь офис будто стал светлее. Какая, к черту, «некрасивая»? Да наоборот, красавица. Может, не такая, каких привыкли видеть люди в глянце, но настоящая, своя, от которой не отвести глаз.

И вот теперь она сказала «нет». Не согласилась даже на ужин. Сидит во мне это «нет», как заноза. Я ведь не рассчитывал на отказ. Я привык совсем к другому. А тут… бах, и сценарий рушится. И самое смешное, что я даже не могу на нее злиться. Она все объяснила честно: боится. Слава Богу, сказала прямо. Но это странное объяснение: выходит, теперь она не должна вообще выходить замуж, потому что всегда будет бояться ошибиться? Жить с этим страхом всю жизнь?

Меня это выводит из себя. Не она — ее прошлое. Кто-то вбил ей в голову эту чушь про некрасивость, кто-то очень плохо с ней поступил, заставил поверить, что она ничего не недостойна. И теперь она боится даже шагнуть навстречу. Вот поэтому я и поручил Юре проверить. Хочу знать про бывшего все. Как они жили с этим придурком, что у них было, что довело ее до мысли «я некрасивая». Потому что это не ее правда. Это его яд.

И когда я узнаю — уже буду думать, как действовать. Просто признания мало. Тут надо не словами брать, а делами. Не обещаниями, а конкретикой. А пока я сижу в тишине и понимаю: впервые за много лет у меня есть задача, которую я не могу решить в один клик.

Глава 9

Алена

Сплю я плохо. Долго не могу заснуть, мысли путаются, но все время возвращаются к одному и тому же моменту: как резко, почти грубо, я сказала ему «нет». Слова до сих пор звенят внутри, будто чужие, не мои. Я ведь видела его лицо — спокойное, но в глазах была растерянность и боль. И сердце мое разрывается: ведь он мне нравится. Очень. Настолько, что это даже страшно признать самой себе, но именно поэтому я его и оттолкнула. Чтобы не вляпаться снова, чтобы не дать шанс боли повториться. В итоге я лежу, ворочаюсь до рассвета, а когда, наконец, засыпаю, снятся какие-то обрывки разговоров, ресторанные огни, его взгляд — прямой, внимательный, такой, от которого мне становится то жарко, то холодно.

На работу собираюсь с тяжелой головой и глупым чувством вины, будто я обидела кого-то близкого. Решаю по дороге захватить кофе и иду по коридору с красивым бумажным стаканчиком, пытаясь выглядеть бодрой, но внутри все еще шумит вчерашний ресторан. То ли сердце стучало громче скрипок, то ли скрипки подыгрывали сердцу — непонятно.

— Ну и как наша героиня? — раздается за спиной голос Евы.

Она влетает за мной в кабинет вместе с ароматом своих бесконечных духов — сладких, как магазин мармелада. Сразу же захлопывает за собой дверь и подлетает к моему столу.

— Давай рассказывай! — садится на край стола и заглядывает прямо в лицо. — Как все прошло?

Я делаю вид, что занята включением компьютера, но бесполезно. Ева умеет смотреть так, что любой комп закрывается сам по себе.

— Я ему отказала, — говорю и делаю глоток кофе, как будто это самое обычное заявление в мире. – Как и собиралась.