Книга Нелюбимый, страница 22 – Наталия Доманчук

Все это объясняла Тамара, Ярослав только хмуро смотрел на преемниц, разглядывая каждую внимательным взглядом. А новая мама разъяснила, что после школы девочки должны будут работать: в подвале установлены две швейные машинки и оверлок. Она всему обещала научить, уверяла, что у них будет свободное время и на учебу, и на отдых.

Тамара говорила нежным ласковым голосом, иногда гладила одну из дочек по голове. Эта новая мама очень нравилась Але: ее взгляд был добрым и нежным, губы мягкие, красивые, рот бантиком, совсем не такой, как у Али. Ее движения были плавными и изящными, хотя сама она была довольно плотной.

Ярослав представлялся Але сильным, волевым мужчиной, таким, каким и должен был быть отец в ее понимании.

В этот же вечер к Але в комнату подселили Оксану, а Оля, Наташа и Галя разместились в другой спальне, их пока положили на пол на матрасы, обещали купить кровати на неделе.

Все четверо прибывших были из одного приюта и хорошо знали друг друга.

Когда-то давно, лет пять назад, Аля получила очередной пинок в спину от мальчика, который был намного старше ее. И соседка по комнате тогда посоветовала Але:

— Что ты такая размазня? Ты не должна позволять другим себя обижать. Если ты себя не поставишь, то поставят тебя! Давай сдачу! Бей сразу в глаз!

Но Алевтина не умела и не хотела этого делать. Общение у девочек в детском доме специфическое. Обычно они дружат не с кем-то, а против кого-то.

Так вышло и сейчас. Оксана присела на кровать к Алевтине и сказала:

— Эта Галя — редкостная дрянь! Если будет заставлять тебя стирать ей вещи — сразу давай отпор. Она у нас многих эксплуатировала, дубасила, чем попадалось под руку, если они не соглашались. Она договаривалась убирать снег в соседних домах, а сама заставляла других и за это деньги получала. С мусором та же история. К воспитателям тоже имела подход, хитрая сучка. Бедные Оля с Наташей, я им не завидую, она их там эксплуатировала, а сейчас так вообще рабынями сделает.

Алевтина только испуганно смотрела на новую «сестру» и кивала.

— Как тебе новые мамашка с папашкой? Ты давно тут? — спросила Оксана.

— Почти месяц.

— Что мы хоть шить будем, знаешь?

— Нет. Но там в подвале машинки есть, я видела…

Следующим утром мама предложила девочкам пропустить школу:

— Я взяла выходной и вам дам, нам надо побыть вместе, получше узнать друг друга, — сказала она за завтраком, положив на стол пачку печенья и сахар, — чай в том шкафчике, делайте себе чай, завтракайте и спускайтесь в подвал, я буду учить вас шить.

Когда она вышла из кухни, девочки накинулись на печенье и разобрали его за несколько секунд. Але ничего не досталось, потому что она не участвовала в дележке и только испуганно смотрела, как девочки стали ссориться:

— Не жирно тебе будет? Три печенья? — грозно спросила Галя и отобрала у Ольги одно.

Потом все встали готовить себе чай, и каждая с полной чашкой вернулась за стол. Аля боялась пошевелиться, поэтому только исподлобья наблюдала.

— И откуда ты такая переляканная, как говорила наша воспиталка? — спросила Галя у Али, но та не ответила и только опустила голову.

— Значит так, слушаться все будете меня, я тут старшая.

— Не буду я тебя слушать! — сразу возразила Оксана.

— Куда ты денешься! — засмеялась Галя. — В детдоме не смогла, но тут ты не отвертишься и воспитателю не пожалуешься!