Книга Комон, стьюпид! или Африканское сафари для дуры, страница 98 – Наталия Доманчук

— Малыш, с кем ты разговариваешь?

В комнату ворвался мой суженый-ряженый.

— Александр, нам с тобой надо серьезно поговорить. Сядь и слушай меня внимательно…

— Хорошо. Только хочу сообщить тебе радостную новость: я бросил курить. Ты рада?

Ну вот. Опять облом. Господи, и сколько же мне терпеть… Придется искать другие аргументы. Ничего. Найдем. Кто ищет — тот найдет.

Телефонный звонок разбудил меня около семи утра.

Звонила мама.

— Лорочка, солнышко мое, как ты поживаешь? — спросила она.

— Спасибо, мама, у меня все нормально. Как ты? Как папа?

— У нас тоже все хорошо. Очень скучаем по тебе. Ты перестала думать об Эдуарде?

— А кто это? — поинтересовалась я.

Мама засмеялась.

— Ну, я очень рада. Знаешь, я вчера смотрела передачу одну по телевизору…

Я сразу обрадовалась, что речь пойдет не о сериале, а просто о передаче. Потому что если бы мама начала рассказывать про какой-нибудь бразильский сериал, это затянулось бы на полчаса как минимум. А программа… все-таки короче сериала.

— Так вот, — продолжила она, — передача это была про какую-то страну, которая находится в Африке. Я не запомнила, что это за страна. Но она точно в Африке.

— Хорошо. И что тебя так удивило? — не поняла я.

— Там рассказывали о каком-то племени, и ведущий произнес несколько слов на их языке. Здрасте, до свидания, я не запомнила, а вот «спокойной ночи» запомнила. И как ты думаешь, как звучит пожелание спокойной ночи на их языке? — спросила у меня мама.

Ну спросила! Мне хотя бы на английском выучить, как это будет.

— Мам, ну откуда я знаю!

— Знаешь, еще как знаешь. Так вот, пожелание спокойной ночи на их языке будет… — она сделала небольшую паузу, наверное, дав мне еще один шанс угадать, но я молчала, и тогда она продолжила: — «Носи паси».

Я сразу вспомнила свое детство и первое слово, которое сказала родителям, когда они пожелали мне спокойной ночи: «носи паси».

Не знаю, где я могла это слышать, но еще очень долго, ложась вечером в свою кроватку, я говорила «носи паси» вместо «спокойной ночи».

— И что это значит? — спросила я у мамы.

— Это значит, что в прошлой жизни ты была одним из этих миленьких аборигенов, потому что помнишь их язык.

Ну что ж. Это, конечно, вполне оправдывает все мои глупые поступки. Но объяснять каждому своему знакомому, что в прошлой жизни я была черной девочкой или, не дай Господь, мальчиком…

— Спасибо, мама. Хорошая новость. Я подумаю об этом. Не трать деньги. Я позвоню тебе на следующей неделе. Пока.

— Пока, Лорочка. Целую тебя крепко, моя негритосочка!

Вот так. Ходишь в школу, ходишь… То есть живешь на свете, живешь и даже думаешь, что ты нормальный индивидуум, как вдруг оказывается, что в прошлой жизни ты носила на шее сорок колец, в сосках кольца, бегала вокруг костра, и муж твой был черной макакой, который каждый вечер желал тебе носи паси.

Но все-таки какой бы ужасной ни была новость, я всегда пытаюсь найти в ней что-то хорошее.

Итак, что я имею? Ужасное прошлое. Это минус. Но зато у меня свое не такое уж и темное настоящее. И если не вспоминать о прошлой жизни и никому не говорить об этом, то можно счастливо прожить эту жизнь, а уже в следующей мне не будет так стыдно, особенно если я перевоплощусь в черную девочку. Наоборот, я стану вождем племени и выйду замуж за самого красивого черного принца.