Книга Комон, стьюпид! или Африканское сафари для дуры, страница 88 – Наталия Доманчук

— Нет, Лор, ты не сделаешь этого. Ты же не такая… — тихо сказала Анька.

Я задумалась.

— Да, я не такая. Я… я еще хуже. Сейчас прямо поедем и все ему расскажем.

— Ты же ему больно сделаешь. У них двое детей. И потом, ты не знаешь, как у них в постели обстоят дела. Может, не очень хорошо, поэтому она и бесится.

Я почесала за правым ухом:

— Может, ты и права.

Мы доели суши, которые заказала Инга, расплатились деньгами, которые оставил Джимми, и поехали домой.

Около нашего дома стояла машина — небольшая «газель». Когда мы с помощью пульта открыли ворота и проехали в дом, водитель вышел из машины и приблизился к воротам. Они как раз закрылись перед его носом, и он стал махать нам рукой, чтобы мы подошли к нему.

Когда мы с Анькой направились к нему, он вдруг побежал к своей машине, припаркованной в паре метров от дома, вытащил оттуда огромную корзину цветов и подошел к воротам.

Анька опять открыла ворота, посыльный протянул нам корзинку и квитанцию, чтоб мы расписались в получении цветов. Когда он уехал, мы занесли корзину в дом и стали рассматривать вложенную в цветы открытку.

Там было только три слова: «With love. Zair».

— Ну ты посмотри, какая сволочь! — воскликнула я. — Обещал, что оставит меня в покое, а сам все никак не угомонится!

— Красивые цветочки, — заметила Анька и пошла искать для них вазу.

— Я их оправлю назад!

— Тебе что, больше делать нечего? — спросила у меня Анька и покрутила пальцем у виска.

— Если я сегодня приму от него цветы, завтра он пришлет кольцо с бриллиантами, послезавтра колье, а потом решит, что он меня купил, и потащит под венец.

— Под венец — это очень плохо, да?

— Это очень хорошо, только когда рядом с нами будут стоять еще три курицы, числящиеся его женами, — это не очень хорошо, — объяснила я Аньке свою точку зрения.

— Ладно, не беги впереди паровоза. Пусть сначала надарит тебе всего, а потом ты ему откажешь. К тому времени мы найдем повод.

Анька нашла вазу, налила в нее воду и поместила туда подаренный Заиром букет.

— Давай лучше поговорим обо мне, — предложила она.

— О тебе?

— Ну да. Сейчас четыре. Мой принц придет в восемь. Какие будут пожелания?

— У меня? — Я все еще не понимала, чего она от меня хочет.

— Ой, ну какая ты! Я имею в виду, что бы ты посоветовала мне надеть, какую прическу сделать, потом надо решить, куда ты поедешь, ну, чтоб нам не мешать.

— Чтоб вам не мешать… — повторила я. — Ну, тут недалеко есть торговый центр. Уж это точно не проблема. А вот что тебе надеть? — задумалась я.

Сначала я хотела сказать подруге, что Дуглас — это точно не тот мужчина, который ей нужен, но что-то мне подсказывало, что она все равно меня не послушает. И промолчала.

— Я надену топик без бретелек, короткую юбку в синюю клетку и… твои туфли на высоком каблуке. А то у меня все каблуки рюмочкой, а мне сегодня нужна шпилька, чтоб выглядеть высокой, стройной и сексуальной.

Я согласилась с Анькой.

В половине восьмого подруга сидела при полном параде, отшлифованная и наштукатуренная, ну просто как новенький кирпич, готовый к укладке. Она нервно дергала ногой, сидя в гостиной на диване, открывала маленькое зеркальце, заглядывала в него, закрывала и опять открывала.

Без пятнадцати восемь она проводила меня, посадила в машину и сказала: