Книга Комон, стьюпид! или Африканское сафари для дуры, страница 119 – Наталия Доманчук

1. Можно притвориться образцовой хозяйкой и смотаться сейчас в магазин, купить там какой-нибудь полуфабрикат, поужинать вместе, спеть ему романс «А напоследок я скажу».

2. Можно не притворяться хозяйкой, а остаться собой, приехать нагло домой, заварить чай и угостить гостя чаем с… сухарями. А что, нормальные сухарики, с изюмом даже.

Итак, передо мной стоял непростой выбор. Какой вариант? Первый или второй?

Желание выйти замуж взяло верх, и я поехала в магазин. Купила три шницеля-полуфабриката и салат «Цезарь» в упаковке.

Как только зашла в дом, сразу кинулась на кухню и включила духовку. Одной рукой я поместила шницели туда, положила сверху на них по кусочку сливочного масла, другой рукой готовила салат, а вот голова моя была занята мыслями о том, заслуживает ли он такого ужина.

Когда масло в духовке растаяло, в дом позвонили. Открыв с помощью пульта ворота, я даже не вышла встречать дорогого гостя, делая вид, что очень занята.

Сергей зашел в дом сам, даже не постучавшись, и сразу направился на кухню.

— Привет еще раз, — сказал он и улыбнулся.

В руках у него были цветочки, которые он протянул мне.

Я сказала «Спасибо» и сразу поставила их в вазу.

— Ты готовишь что-то? А я хотел пригласить тебя в ресторан.

— Завтра пригласишь. А сегодня поужинаем у меня.

Я накрыла стол в гостиной, мы сели и начали вечернюю трапезу.

— Очень вкусно, — сказал Сергей, отрезав и испробовав кусочек шницеля. Салат его удивил еще больше, он несколько раз его похвалил и потом сообщил мне: — Я очень люблю салаты. Всякие-разные. Особенно с майонезом или со сметаной.

— Я умею делать оливье, винегрет, селедку под шубой… — начала я перечислять все свои кулинарные способности.

— Селедку под шубой? — переспросил он. — Сто лет не ел этот салат.

— Если бы ты меня предупредил хотя бы в обед, что приедешь, я бы тебе приготовила. Можно отложить на завтра, — предложила я.

— Нет, завтра я хочу пригласить тебя в один замечательный ресторан. Он называется «Корнивор», или «Хищник». Уверен, что тебе понравится, — ответил он и улыбнулся.

После ужина мы пошли в гостиную. Перед приходом Сергея я успела снять пижаму со стены и спрятать. Не хотела будить забытое.

Чем занять гостя, я не знала. Поэтому честно сказала:

— Не знаю, чем тебя развлечь. Романсы я не пою. Нет, я, конечно, могу тебе спеть что-нибудь, но я точно уверена, что на второй ноте ты меня остановишь и попросишь больше никогда этого не делать. Поэтому, с твоего разрешения, я даже не стану напрягаться. Нардов у меня нет. Могу стихи почитать…

Сергей меня перебил:

— Давай поговорим о твоих рассказах. Я прочитал все. И мне… — он сделал небольшую паузу, — мне они понравились. Только я хотел спросить у тебя: в твоей коллекции есть серьезные рассказы? Или все такие иронические?

— Серьезных рассказов море. Но они на родине остались. Я начала писать много лет назад и сначала писала лирические. А вот совсем недавно почему-то у меня стали рождаться… иронические, как ты сказал.

— А ты не хочешь опубликовать их? Хотя бы в Интернете?

— Их не так много. Вот как соберу хотя бы сотню, тогда и займусь этим.

Мы сидели с ним вместе на одном диване. Я с одного края, он с другого. Он протянул руку и сказал:

— Иди ко мне.

Где-то внутри у меня все оборвалось. Возможно, это была душа. Оставшись без нее, я не знала, что делать. Не идти к нему — означало крах, он мог больше никогда этого не предложить. И тогда мне бы пришлось жить или в гареме, или в Германии, или с придурком Геной. Идти к нему — означало, что я… честно говоря, я не знала, что это означало… Зато я вполне осознала, что может быть, если я не пойду на сближение. Поэтому я быстро присела сантиметров на десять поближе к нему. Сергей улыбнулся и тоже чуть-чуть подвинулся ко мне. Настала моя очередь, и еще сантиметров десять мы с моей пятой точкой преодолели. Все это выглядело, как в комиксах, и было очень забавно наблюдать, как наши попы елозят по дивану в поисках друг друга.