Книга Комон, стьюпид! или Африканское сафари для дуры, страница 104 – Наталия Доманчук

Дурик долго гулял по ночному городу и под утро вернулся домой. Он был очень голоден и сразу съел три котлеты. Утром он похвалил жену и сказал, что котлеты очень вкусные.

И тогда жена поняла, что в еду необходимо добавить несколько слезинок, и каждый раз это делала. Муж все сильней ее хвалил и любил.

И стали они жить-поживать и килограммы набирать.

Они очень хотели девочку. Но первым у них родился мальчик. Они назвали его Понедельник. Но они продолжали хотеть девочку и решили непременно исполнить это желание.

У них опять родился мальчик, и назвали они его Вторник.

Они продолжали мечтать о девочке, постоянно спорили, как ее назовут.

Тупка хотела назвать ее Среда, а Дурик — Пятницей. Но у них опять родился мальчик, и они назвали его Четверг.

И когда у них родился четвертый мальчик, они решили назвать его именем Суббота. Может, оттого, что имя было женским, Суббота очень быстро превратилась в Воскресенье. То есть стала среднего рода. А вскоре оно вышло-замуж-поженилось на Недоразумении и ушло из дома.

Сказка ложь — да в ней намек, доброй девице урок: если бы Тупку звали Умкой, то она бы не лила слезы зазря, а вместо слезинок добавляла бы в пищу щепотку соли. А если бы Дурика звали хотя бы Небаран, то он бы не ругал жену, а нормально объяснил ей, что не любит пресную пищу.

И если бы они не цепляли на Субботу банты и не покупали серьги, то, может быть, Суббота и вырос бы нормальным парнем.

Продолжение следует. Когда-нибудь. Может быть.

Неделя пробежала очень быстро.

После школы английского языка я отвозила Аньку домой, а сама мчалась в офис к Марку, где выполняла бумажную работу. Кроме меня, Марка и Пьера в офисе была симпатичная блондинка Анна-Мария, которая в основном вела телефонные переговоры и разбиралась с бумагами на английском языке. Я очень быстро нашла с ней общий язык. Марк несколько раз предлагал мне поужинать, но я находила причины отказаться. Заир каждый день присылал букеты, а два-три раза в неделю я получала украшения в изящной упаковке и записку одного и того же содержания: «С любовью. Заир».

Вечером Альберт пригласил Аньку в русский клуб, я бы тоже пошла, но мне нужно было ровно в семь часов отправить факсом срочные бумаги, а потом позвонить и удостовериться в получении.

Анна-Мария уже ушла с работы, и я, попивая кофе, раскладывала пасьянс на компьютере.

Марк зашел, не постучавшись, и направился ко мне. В руках у него был букет цветов и коробочка с каким-то ювелирным украшением. Встав на одно колено, он сказал:

— Выходи за меня замуж. Ты — именно та женщина, которую я искал всю жизнь.

Мне очень хотелось ответить, что он именно тот мужчина, которого я даже не представляю своим мужем, но я промолчала. Еще мне очень хотелось смеяться. Потом резко захотелось плакать. Я совершенно перестала себя контролировать, грубо оттолкнула Марка, вышла из офиса, села за руль и поехала к Денису.

Брата дома не было. Когда Инга пошла мне навстречу, я обняла ее как самого родного человека и разревелась.

Инга очень испугалась за меня, усадила в кресло и позвонила Аньке. Она сказала ей, что я совершенно невменяема и что она срочно должна приехать. Анька появилась минут через двадцать. Ее подвез Альберт, сдал с рук на руки Инге прямо у ворот и попросил не обижать. Войдя в комнату, где я лила слезы, Анька сразу принялась меня обнимать, гладила по голове и повторяла: «Все будет хорошо. Вот увидишь». Я продолжала рыдать.