Книга Царская жизнь или непутевые заметки Царицы, страница 14 – Наталия Доманчук

Невестка пришла и сказала, что эти ковры были в моде лет тридцать назад и сейчас молодежь в квартиры такое не покупает.

И все. Свекровь слегла. Она не спала ночами, перестала есть тортики (может и мне купить Артему ковры чтобы перестать есть тортики?) и вообще захотела умереть. Она очень впечатлительная и очень «страдательная». Как залог.

Своему мужу и сыновьям она не могла рассказать об этом, а вот мне все поведала, призналась в тупости и обещала умереть от горя — она заплатила свои последние триста баксов за ковры.

Мне ее стало жаль. Я посмотрела на ковры и сказала, что они прекрасны и, если Артем их не заберет, я их куплю у нее. Но так как они мне и даром не нужны были, то я позвонила Артему, рассказала насколько ужасны ковры и попросила его расхвалить и забрать к себе в Одессу.

Племянник у меня золотой человек. Все так и сделал. Свекровь радовалась своей изобретательности, ужасному вкусу невестки и… начала думать над другим подарком:

— Ведь ковры уже подарены! А что же мне подарить ему на свадьбу???

Согласитесь, что австро-венгры оооочень странные люди!

Молдаване куда проще, да?

— Вы любите истории про любовь?

— Бесспорно!

— А я — с порно.

В эфире рубрика как я встретил мать вашу.

С мужем мы познакомились в курортном городке Коблево. Как вам название?

Я только с отличием еле-еле закончила школу в Молдавии, поступила в Одесский Институт Связи, где конкурс был 0,6 чел/место и с чистой совестью, прихватив подругу и родителей, поехала к морю.

В школе я была дурнушка. Все десять лет я любила всех подряд. Но все подряд не любили меня.

Я уже думала, что все, замуж не выйду, детей лет в сорок усыновлю и до пенсии буду телефонисткой работать. А тут Коблево!

В этом кобелином городке был корабль, где каждый вечер проходили дискотеки.

Вот в один из 13 август 1988 года я с лучшей подругой оказались на этом корабле.

И вот танцую я под вояж-вояж с Иркой (она, зараза, блондинка с голубыми глазами — до сих пор красивая сучка!!!) и напротив нас парень — высокий, тогда ещё кучерявый, глазки голубые, и глазами пожирает Ирку. Ну я к этому привыкла. Все десять лет все мальчишки из школы умирали по ней, а она крутила своим курносым носом. Иногда и жопой крутила. В общем, крученная девка была!

Кучерявый на неё смотрит, а она мне шепчет:

— Чего он пялится? Он же так дыру на мне протрет! Сейчас будет приглашать! — вздыхает она томно и устало.

А я что? Я вообще ее слов не понимала. Я медляк только со шваброй танцевала, когда оставалась дежурной в классе.

И тут медленный танец. Мы встали у бортика с Иркой. Она ждёт кучерявого. Я любуюсь закатом и Иркой. Парнишка из центра зала подходит к нам и приглашает на танец… меня.

Иркину рожу я тогда не видела, потому что и с моей тогда была беда: глаза на лбу, пот ручьём, оскал вместо улыбки.

Вы, наверное, думаете: какого хрена он не пригласил красавицу Ирку???

Я тоже его об этом спросила. Не сразу, конечно, через год.

Он сказал, что во мне он увидел чистоту и непорочность.

Правда Ирке я потом сказала, что он ее не пригласил, потому что понял, что такую красавицу ему не потянуть.

Что тоже, наверное, правда. Но мне его версия нравится больше.

После дискотеки мы пошли с ним прогуляться по пляжу.

К родителям я возвращалась как охотник, который нес на себе большую шкуру медведя.