Книга Предатель. На осколках лжи, страница 42 – Наталия Доманчук

— Колючий, да? – улыбнулся Давид и перехватил ее маленькую ладошку.

Малышка засмеялась и поползла к маме, не замечая препятствий в виде неподвижных ног Давида.

Давид замер, испуганно распахнув глаза. Даша это заметила:

— Что? Что случилось? – вскочила она.

— Кажется, я почувствовал что-то в ногах, – тихо произнес Гуревич.

— Вот и прекрасно, – засмеялась Даша, – будем прикладывать Полину к больному месту, как подорожник, да, обезьянка моя?

Девочка снова поползла по ногам отца, уже к маме, и Давид воскликнул:

— Да! Я чувствую ноги! Притупленно, но что-то есть!

Малышка тем временем перевернулась на живот, спустила ножки на пол и, коснувшись пола, выбежала из комнаты.

— Она уже ходит? – кажется, Давид расстроился.

— Даже бегает, как видишь.

— А сколько ей?

— Десять дней назад был годик.

В комнату с пойманной беглянкой на руках зашла тетушка:

— Так, господа! Так как у нас уже большая семья, то я считаю, шо пора нам всем принимать писчу в столовой. Всех жду на ужин через полчаса.

Она развернулась и вышла, на ходу разговаривая с девочкой:

— Как, ты говоришь, зовут котика?

— Кс-с-с-с, – ответила ей Полина.

Давид с Дашей одновременно хихикнули. Девушка посмотрела на коляску у кровати и предложила:

— Я тебе помогу?

Гуревич помотал головой:

— Я сам!

Глава 25

Ужин прошел замечательно! Полина сидела у Даши на руках, с маминой тарелки брала еду и предлагала тетушке, Давиду и Костику.

— Нашей красотке надо высокий стульчик купить, – предложила Изабелла Владленовна. – С ней ты нормально не поешь, да и самой Полине удобней будет.

Гуревич сразу же откликнулся:

— После ужина закажу.

— Не нужно, у меня есть, я завтра привезу, – отмахнулась Даша, но про себя только обрадовалась таким разговорам.

Значит, он не попросит ее уехать домой. Кажется, все намного проще, чем она ожидала. Правда, главного, чего бы ей действительно очень хотелось, еще не случилось. И позволит ли Давид прикоснуться к себе? Даша очень в этом сомневалась. Наверняка скажет, что все это возможно будет только после того, как он встанет на ноги. А ей так хотелось простых объятий! Больше ничего и не надо!

Полина на новом месте долго засыпала. Даша боялась, что она ночью упадет с кровати, и обложилась на полу подушками.

Наконец-то уложив дочь, она решилась зайти к Давиду в комнату пожелать спокойной ночи.

Присев к нему на кровать и поймав его ожидающий взгляд, она вдруг спросила:

— А как ты жил без меня эти десять лет?

Гуревич не спешил отвечать, и тогда она еще раз спросила, чтобы уточнить главное:

— Был счастлив?

— Нет, – почти сразу отрезал мужчина. – А ты?

Даша улыбнулась:

— Я была! В тот день, когда родила Полинку.

— Частичку меня? – уточнил Давид, и на его лице тоже появилась несмелая улыбка. – Только она очень похожа на тебя, просто маленькая копия, смеется как ты, нос морщит в точности как ты. Славная, как ты говоришь, куколка.

Давид пытался после ужина взять ее к себе на руки, пока сидел в инвалидном кресле с большими колёсами, но малышка почему-то не захотела, выгнулась и потянулась ручками к маме.

А вот с рук Изабеллы Владленовны она не сходила, особенно ей нравились бусы и серьги: девочка аккуратно гладила пальчиком выступающие камушки и смотрела на бабушку глазами, полными восхищения.

— Ей нужно время, чтобы привыкнуть к тебе, – немного виновато произнесла Дарья.