Книга Палитра души, страница 15 – Яна Гусева

— Кощунство, надеюсь, сам Давид не знает об этом.

Ульяна поднесла палец к губам, и обе девчонки расхохотались.

После того, как на записях с видеокамер не оказалось ничего подозрительного, а администрация пообещала найти виновного, подруги решили повременить с расправой над Абрамовой. Но тот победоносный взгляд, с которым она вышла из кабинета, до сих пор стоял перед глазами Ульяны.

— Мерзавка, это точно она!

— А ты ещё сомневаешься? Она вроде и в прошлом году какую-то подлянку вам сделала?

Ульяна нахмурилась. Светка, вечно она приносит одни неприятности.

На прошлой выставке она, например, подложила свою работу, похожую на стиль Давида, но выполненную настолько ужасно, что глаза лезли на лоб. На мероприятии «Голос художнику» будто бы случайно облила Исаева кофе прямо перед выступлением, на открытом пленэре подменила тюбики с краской на кислотные цвета и испортила холст. А как-то раз предложила свою помощь, правда после такого благородного поступка парню пришлось перерисовывать картину.

Каждый раз они оборонялись от её ударов, но в этот раз со всеми школьными экзаменами, поступлением и последними проведёнными вместе деньками позабыли о ней. К тому же, на зимней выставке Абрамова, на удивление, вела себя прилично, видимо, это было лишь затишье перед бурей!

Самое интересное, что ей каждый раз всё сходило с рук. Ульяна списывала это на богатых родителей соперницы, но дело, видимо, было не только в этом. Понятно, что девушка боялась проиграть и привыкла во всём быть первой, но это ведь не значит, что нужно направо и налево устраивать пакости. Порой доставалось не только Исаеву, но и другим участникам, но так как на данный момент оба были лучшими и довольно известными среди молодёжи, выбор пал только на Давида.

— Всё ясно, можешь не отвечать, — выдохнула Сонька. — По твоему взгляду и так понятно, что она — дно.

— Ещё какое. Фух, наконец-то, — с долей облегчения Ульяна увидела дверь подъезда и достала из сумочки ключи.

Дома было тихо. Бабушка уехала на базу отовариваться, пока позволяло здоровье, а близнецы были приглашены на день рождения к соседу Витьке, который умудрялся находить общий язык и с Димой, и с Тимой. Порой Ульяна очень ему завидовала и хотела взять парочку уроков.

Калинина скинула кроссовки, отдала свой телефон подруге и прошла в зал.

— Пиши пока тем, кого назвала, Витальке в первую очередь, он рядом с выставкой живёт!

— А это тот, который в том году к Исаевым на дачу приезжал? У него ещё сапборд был?

— Да, он.

— Прикольный, но не в моём вкусе.

Ульяна пропустила мимо ушей последнюю фразу. Сложно было найти человека, кто был во вкусе Трофимовой. Девушка отряхнула мокрые волосы и остановилась посреди зала. На стенах красовались три картины, обрамлённые позолоченной рамкой. Девушка бережно сняла их и передала Соньке.

— Так, ещё две в шкафу — я сейчас.

— Виталька сказал, что притащит морской пейзажик! — заявила Трофимова, протирая мокрые от дождя очки.

— Круто!

— А точно можно сделать замену?

— А точно можно было марать чужие картины?

Трофимова усмехнулась и поправила выбившиеся из причёски пряди тёмных волос. Идея спасения положения Давы пришла им обоим почти одновременно. Главное теперь всё сделать правильно.

Наконец Ульяна нашла два летних пейзажа и, нырнув в кроссовки, скомандовала: