Книга Та самая встреча, страница 42 – Кайли Энтони

— Ты выглядишь… напряженным. Все в порядке?

Руки Стефано сжались, потом разжались. Он согнул пальцы.

— Я принял телефонный звонок, предполагая, что это ты, поэтому не проверил номер, прежде чем ответить.

Его голос резал ее, резкий и холодный, как свист ветра на крепостных стенах замка.

— Вместо этого мне пришлось вступить в разговор с личным секретарем его высочества.

— Я думала, ты — личный секретарь его высочества.

Стефано опустил голову, сделал шаг назад и отошел от нее. Возможно, это были всего лишь сантиметры, но это было похоже на непреодолимую пропасть. Только теперь она поняла, что пыталась игнорировать все это время: это бесконечное тепло, наполняющее ее, биение ее сердца каждый раз, когда он приближался, эмоции, которые она отказывалась озвучивать, могли означать только одно.

Она любила его.

И хотела, чтобы он любил ее в ответ.

— Ты простишь человека, который предал тебя?

Предательство — об этом она знала все.

Люси обхватила себя руками за талию. Возможно, Стефано говорил о Викторе, но она была уверена, что в вопросе был не один смысл. Загадка, которую ей предстояло разгадать.

Что еще он имел в виду? Он сказал, что у него больше нет невесты — может быть, он солгал? К горлу подкатила тошнота, словно она сделала большой глоток кислого молока. Да и вообще, что она о нем знает? Она пробыла здесь всего неделю, а Стефано ничего ей не обещал.

Нет, он обещал ей, что ей всегда рады. Он обещал, что она будет в безопасности. Он дал ей и то и другое. Хотя в последние месяцы Люси не слишком доверяла своим инстинктам, она не верила, что его искренность была фальшивой.

— Я тебя знаю. Ты не такой, как Виктор.

— Во многом я такой же. Ты говоришь, что знаешь меня… — Он ткнул пальцем в середину груди, словно подчеркивая каждое слово. — Может быть, мне следует честно сказать тебе, кто я на самом деле? Честность между людьми важна, не так ли?

Стефано повернулся к ней спиной и подошел к окну, и она мельком увидела выражение его лица. Губы скривились в усмешке, темной и уродливой. Но Люси не думала, что это было направлено на нее, учитывая, что сейчас он смотрел на тающий пейзаж снаружи, в сторону столицы, как будто ненавидел себя.

Она покачала головой:

— Ты тот человек, который впустил меня к себе в замок. Дал мне свою кровать. Показал мне свой дом. Ты человек добрый, внимательный…

Он резко обернулся. Сделал несколько шагов к ней. Остановился.

— Я отказался от должности личного секретаря принца после того, как предал его. Моего лучшего друга. Сообщал прессе о его личных передвижениях. Я навлек позор и дурную славу на свою семью.

Люси не знала, что сказать. Его откровение украло у нее голос. Все время, пока она была здесь, он притворялся, что все еще играет эту роль. Как он мог сделать что-то подобное? Они говорили об этом — об ответственности, об обязательствах, — и это была вовсе не его работа. Что он делал, когда утверждал, что работает, запершись в своем кабинете днем, а иногда вечерами и за полночь?

Люси проглотила ком в горле. Попыталась восстановить доверие к Стефано, которое она обрела за то время, что провела здесь, вместо того чтобы повернуться и уйти. И хотя предупреждающий голос в ее голове шептал, что он лжец и не заботится о ней, она видела, что Стефано не безразлично происходящее. Он уронил голову. Его плечи поднимались и опускались, как будто вес, который он нес, скоро раздавит его. Казалось, он получил смертельную рану и вот-вот истечет кровью.