Книга Незнакомка в спальне шейха, страница 3 – Энни Уэст

Любопытство Рэйфа усилилось. Он жестом отпустил охранника, и тот ушел, закрыв за собой дверь.

— Ваше величество! — возмутился камергер, но Рэйф его проигнорировал. Вооруженный человек не мог проникнуть во дворец. Кроме того, тетя Рэйфа была высокого мнения об этом человеке.

— Разворачивайте, — приказал Рэйф.

Юнис в последний раз неодобрительно посмотрел на камергера, затем опустился на корточки и развязал тесьму, которой был скреплен рулон в нескольких местах. Затем он пробормотал что-то нечленораздельное и стал медленно разворачивать ковер, словно боялся его повредить.

Золотистые и бежевые оттенки ковра контрастировали с синими и фиолетовыми. Тете определенно понравится подарок. Ведь это ее любимые цвета. Ковер был высокого качества, но Рэйф не понял, почему его не должны были видеть посторонние и почему Юнис так медленно его разворачивает.

Камергер, очевидно, был такого же мнения. Прежде чем Юнис успел ему помешать, он схватил край ковра и сильно дернул. Рулон стал разворачиваться быстрее, и Рэйф неожиданно увидел ноги, спутанные длинные темные волосы и большие испуганные глаза.

Камергер резко отпрянул и выругался. Юнис застыл на месте.

Рэйф уставился на девушку. На ней было платье цвета спелой малины. Его подол задрался, открывая загорелые стройные бедра и лодыжки красивой формы. Девушка никак не могла отдышаться, и ее грудь вздымалась и опускалась. Все это время она смотрела на него широко распахнутыми глазами. Рэйф чувствовал, как от этого взгляда в паху у него все начинает напрягаться.

Отдышавшись, девушка подняла руку и откинула с разрумянившегося лица спутанные волосы. Она была красива. У нее были пухлые губы со слегка опущенными уголками. Это должно было придать ее лицу недовольный вид, но придавало ему сексуальность.

Внизу живота Рэйфа вспыхнул огонь, и он подумал, что эта красавица, наверное, страстная в постели.

— Клеопатра, полагаю?

Глубокий бархатный голос с металлическими нотками подходил его обладателю. Глаза мужчины были полуприкрыты, их взгляд был пристальным, как у ястреба, высматривающего добычу. В них читалось любопытство и насмешка. На нем была белая мантия с золотой оторочкой. Его руки были сложены на груди в нетерпеливом ожидании.

Высокий и широкоплечий, он стоял перед Тарой на мраморной платформе, и она чувствовала себя маленькой и ничтожной. Он был великолепен и прекрасно это знал.

Из-за того что она долго пробыла в тесном, душном пространстве, она с трудом соображала, и до нее не сразу дошло, почему он назвал ее Клеопатрой. Когда ее мозг насытился кислородом, она вспомнила, что Клеопатра проникла в жилище Цезаря внутри ковра и соблазнила его.

Возмущенная намеком мужчины, она потянулась к поясу своего малинового платья с запахом, чтобы сильнее его затянуть, и, к своему ужасу, обнаружила, что бант на поясе развязался, и платье распахнулось.

Испуганно вскрикнув, она принялась в панике нащупывать дрожащими пальцами края платья, чтобы их запахнуть. В довершение всего к горлу начала подкатывать тошнота.

Увидев за краем ковра мраморный пол с инкрустацией из полудрагоценных камней, она подняла глаза и замерла, глядя на высокий куполообразный потолок. Ее опасения подтвердились. Теперь, когда она немного отдышалась, до нее дошло, где она находится.