Книга Миг запретных ласк, страница 26 – Сьюзен Мэрчент

— Ты никогда не говорил об этом, Джек.

— Нет. После смерти матери никому не разрешалось произносить ее имя, и через некоторое время молчание о ней стало нормой. Мой отец пытался стереть с лица земли все свидетельства ее существования, и в определенной степени ему это удалось. Но я подозреваю, что стереть его память было не так-то просто.

— Однажды ты сказал мне, что твоя мать умерла от кровоизлияния в мозг, пока твоего отца не было дома… Ты никогда не говорил об этом.

Джек поставил свой бокал на пол террасы и скрестил на груди руки. Знакомое чувство паники угрожало затопить его. Но он научился контролировать это много лет назад, как контролировал все остальное в своей жизни. Одной лишь силой воли. Чувство вины — это совсем другое дело. Оно могло ударить его, когда он меньше всего этого ожидал, и это было похоже на удар буйвола в грудь.

— Я не говорил об этом, потому что чувство вины… оно ранит.

— Чувство вины? Но ты ни в чем не виноват.

— Когда мой отец в тот день ушел на охоту, он сказал мне присматривать за матерью… У нее болела тогда голова и она просила его не уходить, не бросать ее. Но он ушел, и, я потом понял, он чувствовал вину за то, что ушел. А я не смог ей помочь. Я не справился.

— О, Джек, все это ужасно. Мне так жаль.

Он покачал головой и провел рукой по лицу.

— Пугало то, как вел себя отец, когда вернулся. Он крушил вещи и ругался, а потом ушел в запой. А когда несколько дней спустя он протрезвел, это был совсем другой человек.

— В этом не было твоей вины, — повторила Анна.

Ночь быстро опустилась на землю, но солнечные фонари сдерживали темноту. Джек откинулся на спинку кресла и поднял голову, наблюдая за звездами. Он понимал, что Анна права и что, будучи восьмилетним ребенком, он ничего не мог сделать. Но в детстве он этого не осознавал.

И потом, было еще кое-что, в чем он не мог ей признаться. В том, что он боялся за нее, — Анна могла пострадать от рук грубых мужчин-охотников, которые приезжали в Тембу поохотиться. Он видел взгляды, которые те бросали на белокурую девчонку. Но не было ли это только предлогом, почему он отослал ее в Лондон?

Настоящей причиной, по которой Джек отослал ее прочь, был его страх перед собственными чувствами. Он боялся, что горячая волна желания, которая охватывала его тело каждый раз, когда он видел Анну, будет единственной вещью, которую он не сможет контролировать. Это делало его уязвимым. И он давным-давно решил, что никто и никогда больше не причинит ему вреда. Так что вместо этого он причинил боль Анне.

Джек резко встал с кресла:

— Давай зайдем внутрь. Пора ужинать.

Анна сидела неподвижно, раздумывая над словами Джека. Возможно, теперь она стала лучше понимать поведение его отца. Повзрослев, она задавалась вопросом, что заставило Элиота-старшего взять на себя ответственность за двухлетнюю сироту. Она знала, что ему потребовались месяцы, чтобы установить, что люди, погибшие в авиакатастрофе, были ее родителями, Эйданом Джонсом и Ребеккой Кендалл. А к тому времени, как удалось выяснить, откуда вылетел самолет с ее родителями на борту, в том регионе уже вовсю шла жестокая гражданская война и многие правительственные здания были разрушены. Государственные архивы сгорели, и не сохранилось ни завещаний, ни свидетельств о рождении.