Книга Солнечная ярость, страница 83 – Алёна Дым

После того, как Минаев с Оксанкой на руках покинули особняк, я взял в руки ручку, но меня остановил Зорин.

— Подождите! Альберт Леонидович, срочный звонок! — сказал он и положил на стол мобильник.

От голоса, который раздался в трубке, всех присутствующих, в том числе и меня, парализовало.

— Здравствуй, Альберт! — сказал МОЙ ОТЕЦ.

— ЯРЫЙ??? — шокированно хлопал он глазами. — Сука! Живой! — не сразу ответил Гуров. — Неужели в аду сегодня праздник и тебе дали выходной?

— В здешнем расписании ты скоро сам убедишься. — ответил отец. — У меня к тебе серьёзный разговор.

— Хм… Ну что ж, я весь во внимании. Хотя, постой! Дай-ка, угадаю! Хочешь похлопотать за своего сыночка? — засмеялся ГАЛ. — Может, ты хочешь предложить мне что-нибудь интересное?

— Хочу. Сейчас ты отпускаешь моих детей и забываешь об их существовании. Потом приезжаю я, и мы обсудим все наши разногласия.

— Ха-ха-ха… — раздался дикий смех Гурова. — Что-то ты, Владислав Валерьевич, совсем берега попутал. Я ведь и обидеться могу. А когда я обижен, то в состоянии случайно выстрелить, например, в голову твоему сыну. Что скажешь?

— Скажу, что твоя дочурка Тасечка сейчас сидит в уличной кафешке со своим новым обдолбанным любовником. На ней синенькое платьице, на ногах чёрненькие туфельки, а у нее на лбу красная точка. Сообщать охране не советую, если кто-то из них сейчас хотя бы рыпнется, то у малютки в голове появится сквозняк. Улавливаешь, Альберт?

— Если это случится, то ты покойник, Ярый! Мои люди тебя сразу срисуют, как только сделаешь выстрел. — зарычал ГАЛ.

— Я не так глуп, чтобы заниматься этим лично. За ней наблюдает снайпер. Если я не отдам приказ в течение трёх минут, твоя дочь умрёт.

— Не боишься за своих щенков? Их ведь постигнет участь гораздо страшнее. Или тебе совсем плевать на них?

— Нет. Как и тебе не безразлична судьба твоей мелкой сучки.

ГАЛ скрипел зубами и долго думал.

— Какие у меня гарантии, что моя дочь не умрёт, как только я отпущу твоих отпрысков? — наконец, спросил он.

— Я бы сделал это давно, если бы захотел. И поверь, я это сделаю, если с головы моих детей упадёт хоть один волос! Но в качестве гарантии, я даю тебе слово. СЛОВО ЯРОВОГО! Ты знаешь, Альберт, что в нашем мире, слово — ЗАКОН!

— Да, Ярый! — ответил он напряжённо. — Хорошо! Я тоже даю тебе слово, что отпущу твоих детей целыми и невредимыми!

Звонок оборвался. ГАЛ сидел напротив меня багрового цвета.

— Я так понял, сделка отменяется? — улыбнулся я и пошёл на выход.

— Ты кое-что забыл, Яровой! — крикнул Гуров, когда я уже почти дошёл до ворот.

Я обернулся, и сердце остановилось, а глаза заволокло пеленой.

Гуров стоял возле стола и держал за волосы заплаканную Алину, приставив к её виску пистолет.

— Ты дал слово ГАЛ!!! — громко крикнул я, подходя ближе.

— Я дал слово, что отпущу детей Ярова, а о твоей подстилке речи не было! — усмехнулся он.

— Что ты хочешь? Бизнес? Деньги? Забирай! Всё забери, только не трогай её!!! — почти взмолился я.

— Не-ет, Яровой! Здесь уже дело чести! Хотели с папашей меня нагнуть? — закричал он. — Я уже говорил, что такое не прощаю. У тебя только один выход! Или она умрёт, или ты!

— КОСТЯ!!! НЕТ! НЕ НАДО! — закричала Алина. — Прошу вас!!! Не надо! Лучше Я! Меня убейте!!!

— Заткнись, сука! — крикнул на нее ГАЛ. — Ну? — посмотрел он на меня.