Книга Солнечная ярость, страница 39 – Алёна Дым

Я сидела, хлопая глазами и хватая воздух, как рыба, выброшенная из воды.

— Если ты останешься… — продолжил Демон. — Тебе придётся полностью изменить всю свою жизнь, Алина! Ты уже не сможешь свободно гулять с подружками, ходить по улице и сосать чупа-чупс. Потому что в любой момент из кустов может выпрыгнуть черепашка-ниндзя с гранатомётом. И я не знаю точно, но уверен на девяносто процентов, что в этой реальной жизни жмуриков ты будешь видеть чаще, чем в ужастиках по телевизору. То, что ты видела сегодня, это лишь сотая часть того дерьма, в котором мы варимся… Поверь, ты мне очень нравишься. Ты классная девчонка. Может быть, даже потянула бы на жену декабриста. Но я сомневаюсь, что ты сможешь выдержать ТАКОЙ груз. Только обратного пути уже не будет. Поэтому решай сейчас! Ты прямо сегодня можешь вернуться в свой мир, и всё будет так, как я сказал. С Костей я сам поговорю, ну и ты, разумеется, если захочешь. Либо, я сейчас иду по своим делам, ты ложишься спать, и мы забываем этот разговор, но ты в полной мере осознаёшь последствия своего поступка и никогда не попрекнешь этим Костю! Потому что ЭТО! БЫЛ! ТВОЙ! ВЫБОР!

Моя лихорадка уже прошла, но слёзы по инерции ещё текли по щекам.

— Я боюсь… — прошептала я.

— Я знаю, поэтому и говорю о последстви…

— Не этого. — перебила я и встала в полный рост. — Я боюсь, что Костя не испытывает ко мне того же, что я к нему. Поэтому, даже приняв все это, пройдёт пара дней или недель, и он вычеркнет меня из своей жизни, а что тогда делать мне?

Титов вздохнул с каким-то странным облегчением, а потом прижал меня к своей груди, от чего я снова разрыдалась.

— Ох, рыжуля… Какая же ты всё-таки дура! — улыбнулся он.

— Сам такой! — стукнула я его по плечу, не отрывая лица от его груди.

— Алина. — послышался невнятный голос Ярового.

— Я здесь! — подбежала я к нему и легла рядом, но Костя продолжал спать.

— Ну, я так понимаю, мне можно идти? — испытующе посмотрел на меня Титов.

— Да.

Алина

Я проснулась от ощущения пристального взгляда. Яровой лежал рядом с отекшим лицом и огромными синяками под глазами.

— Привет, красавчик! — сказала я, улыбнувшись.

— Привет, солнце! Только я не первый раз валяюсь в таком состоянии. Так что, примерно представляю, какой я сейчас красавчик.

— Ну почему же? Ты очень даже симпатичная панда.

— А вот этого не надо. — грозно посмотрел он на меня.

— Чего? — не поняла я.

— Жалости!

— Это не жалость. Но если тебе так будет легче, то хорошо. Ты страшный, как Фредди Крюгер. — ответила я, встав с постели, и протянула Яровому лекарства. — Как ты себя чувствуешь?

— Как-будто меня переехал трамвай, а потом на голове попрыгало стадо слонов. — скривился Костя. — Что ты здесь делаешь?

— Спала, до недавнего времени.

— Я серьёзно.

— И я серьёзно.

— Алин… тебе нужно уехать! — сказал Костя, а я нисколько не удивилась, ожидая такого разговора.

— Далеко? Надолго?

— Не знаю. Спроси у Демона. Он подыщет варианты. Съездишь куда-нибудь, отдохнёшь. А я, как только разберусь с делами, приеду к тебе.

— Угу. Варианты говоришь?

— Алина, послушай! — начал он, но я перебила.

— Нет, это ты послушай, Яровой! Я не шлюха, не содержанка, не девочка по вызову! Я — твоя женщина! Поэтому варианта сейчас есть только два! Первый: ты сейчас мне рассказываешь всё, от первого молочного зуба до гранаты под сиденьем машины, и дальше мы идём рука об руку, как счастливая семейная пара после золотой свадьбы. Либо, я навсегда исчезну из твоей жизни, и клянусь, ты меня никогда не найдёшь! — пригрозила я. — Предупреждаю сразу, если ты думаешь, что сейчас лучше выбрать второй вариант, а там, как разберёшься со своими проблемами, прибудешь ко мне с цветочками, а я буду ожидать тебя с красной ковровой дорожкой, то ты глубоко ошибаешься! Думаю, люди, которые на тебя охотятся, прекрасно знают о моём существовании, поэтому мне придётся спрятаться так, чтобы меня не нашли не они, не ты! И даже если ты меня всё-таки когда-нибудь найдёшь, то я обещаю тебе, что за время твоего отсутствия, я постараюсь сделать всё, чтобы кто-нибудь занял вакантное место моего мужчины. Нарожаю ему детей и буду жить долго и счастливо! А теперь, выбирай, Яровой! Времени у тебя… — посмотрела я на воображаемые часы. — … одна минута.