Книга Вернуть Любовь, страница 4 – Катерина Мур

Надежда Николаевна сжала мою руку в своих ладонях.

— Не думай об этом, девочка… Ты не в чем не виновата. Так судьбе было угодно, так что Таня всё равно бы погибла…

К счастью, в коридоре появился врач и тяжелый разговор прекратился.

— Так все с Громовым? — спросил врач и мы кивнули. — Ну что могу сказать, повезло парню. Конечно потерял много крови-мы сделали переливание, ещё сломано несколько рёбер и разных ушибов. Но могло быть и хуже, если бы осколок ребра проткнул легкое. К счастью, этого не произошло, так что уже завтра утром переведём его в обычную палату…

— А к нему сейчас можно? — спросил Лёша.

— Не советую. Он всё равно не отошёл ещё от наркоза.

— Ну хотя бы на пару минут, доктор? — умоляюще произнесла Надежда Николаевна.

Доктор задумчиво почесал подбородок и вздохнул.

— Черт с вами, заходите! Только не долго и не все сразу!

Решили, что зайдёт только Лёша. Дождавшись его, и, пока его расспрашивали, я незаметно прошла в реанимацию.

Впервые за эти два года я взглянула в лицо Саши.

Во время нашей последней встречи все было с точностью до наоборот. Я лежала в полубессознательном состоянии на больничной постели, а он стоял рядом, оплакивая смерть своей жены в результате несчастного случая.

Когда меня выписали из больницы, я не смогла смотреть Саше в глаза и поэтому даже не искала с ним встреч. Но до меня доходили новости, что у Саши неустойчивое эмоциональное состояние и развилась привычка к спиртному.

И сейчас, глядя ему в лицо, которое казалось исполненным муки даже в состоянии покоя, я вновь разволновалась.

— Саша!.. — горестно прошептала.

Он не пошевелился, дыхание его оставалось глубоким и ровным, видимо, под действием лекарств. Уступая желанию, которое испытала еще в то время, когда сама лежала на больничной койке, осторожно запустила пальцы в его темную шевелюру и откинула назад волнистые пряди, упавшие ему на влажный лоб.

Да, Саша заметно изменился, но для меня он по-прежнему оставался самым красивым мужчиной на свете. Я пронесла это ощущение еще с школьной поры. Как будто только вчера Саша перевёлся ко мне в класс и сел впереди меня. Озорной темноволосый мальчуган со светло-серыми глазами, прирожденный заводила и великолепный спортсмен, превратился в потрясающего парня. В лице его угадывалась сила, а в квадратном подбородке — упрямая гордость, граничащая с воинственностью, присущей, казалось, всем мужчинам Громовым. Заметив на его скуле наливающийся синяк, я содрогнулась от воспоминаний.

— Что же ты с собой делаешь, Саша?

Ресницы его затрепетали и поднялись. Явно не осознавая, он несколько раз моргнул и вдруг погладил меня по щеке. Я замерла, боясь даже вздохнуть.

Потом тихонько сжала его пальцы. Саша попытался заговорить, но единственное слово, которое вырвалось у него, было всего лишь слабым хрипом.

Тем не менее я сумела разобрать свое давнее прозвище. Прежде чем снова провалиться в забытье, он выдохнул:

— Морячка?!

— Тоня, ещё есть встречи? — спросила я свою помощницу, выйдя из кабинета. — А то мне ещё в больницу надо успеть.

Тоня сочувственно посмотрела на меня.

— Прокопенко через полчаса.

— Черт! Сколько мне с ними мучаться? Мне кажется им просто скучно и они развлекаются тем, что тратят мои время и нервы!

Муж и жена Прокопенко решили переехать из Подмосковья в саму столицу и уже три недели никак не могут выбрать дом. Если нравится мужу, то не нравится жене и наоборот.