Книга Найти сына, страница 8 – Катерина Мур

— А любимая это ваша Валерия Васильевна?

— Что? А причём тут училка? — Неожиданно догадка пронзила мой мозг. — Отец ты что реально подумал что я мучу с училкой? Фу, отец, она же мне в мамки годится. Я тебе не Максим Галкин!

Отец пристально посмотрел на меня и заметно расслабился.

— Ладно, можешь оставаться в своём классе. Ну и кто у нас любимая?

Вздохнув, присел напротив отца.

— Староста наша. Но я так и не могу признаться ей… Прям стопор какой-то и всё…

Отец усмехнулся и пересел ближе ко мне.

— Понимаю тебя, сынок. Я тоже в твои годы стеснялся к девушкам подходить. Твою маму на свидание с трудом пригласил.

— Так я не со всеми так, — вздохнул я. — Я только ее вижу, немеет все. И что делать не представляю.

— Ну тут уж два варианта: или ты и дальше будешь ждать, когда какой-либо другой отберёт твою любимую, или всё же соберёшь сопли в кулак и подойдёшь к ней.

Представив, что другой касается Аленку, обнимает её, целует, почувствовал такую боль в груди и сжал кулаки. Нет, не подпущу к ней никого. Она моя и всё!

Валерия.

Неделя прошла спокойно, Даню вернули в 11 «А», что меня несомненно радовало. Напрягало другое. Каждый вечер, выходя со школы, я видела припаркованную машину Богданова-старшего и его самого за рулем. Он не выходил даже из машины, но провожал меня пристальным взглядом и что делать с этим, я не знала. Ещё и маме становилось хуже с каждым днём. Операция не помогла.

Вот и сегодня, едва я зашла в квартиру, услышала, как она заходится в диком кашле. На ночной сорочке и пододеяльнике брызги крови. Я бросилась к ней, она плачет, в глазах смирение и боль. Я подаю ей платки, но они мало помогают, у нее не остается сил даже держать их в руках. Я… я боюсь. Очень.

Скорая приехала быстро, но пробыли врачи не долго.

Мое хождение от стены до стены остановила открывающаяся дверь.

— Вы можете пройти в комнату. — сочувственно сказал врач. И я сразу поняла то, что он не договорил. «Попрощаться».

На какие-то пару секунд его слова заставили замереть. Неужели это конец? Я с надеждой смотрела на него, но мужчина опустил голову и посторонился, пропуская меня.

Мама лежала на постели, бледная, сливаясь с простыней и наволочкой.

— Доченька, — с трудом проговорила она. — Будь счастлива, слышишь? Найди уже себе мужчину, хватит жить прошлым. Не все такие кобели, как твой Илья…

— Он не мой, мама, — сквозь слёзы пробормотала я.

— Ну и Слава Богу… Никогда мне этот слизняк не нравился. Эх, не понянчила я внука или внучку, вот о чем жалею…

А у меня ком в горле. Не могу я сказать, что есть внук у неё, но который о нас даже и не знает.

— Лерочка… Ты прости меня, если что не так… Люблю я тебя, дочка…

— Мама…

Мама улыбается в последний раз и застывает, а я упав возле кровати, разрыдалась, мне больно, меня разрывает изнутри, хочется закричать, что есть сил. И я кричу, завываю, не могу поверить, что осталась одна, что мамы больше нет.

Слышу хлопок дверей, голоса соседей, врача, но не обращаю внимания, пока не чувствую укола в плечо и темнота поглотила меня.

Даня.

Неделю я хожу как в воду опущенный, не представляя, как Алёну на свидание пригласить. Но наконец мне надоедает. Мужик я в самом же деле!

И утром сцепив зубы, все же подошёл к ней, стоявшей возле расписания.