Книга Хруст чужих денег, страница 4 – Елена Рувинская

— Егор! — послышалось рядом глубокое контральто.

Мы одновременно оглянулись и моему взору предстала та самая высокая брюнетка, которую я уже видела рядом с мужем.

— Да? — откликнулся Егор.

— Сейчас все такси разберут, придется вам на общественном транспорте ехать.

— У нас своя машина. — сухо ответил муж и снова повернулся ко мне.

«Ну, и какое ей дело, спрашивается?» — зло подумала я.

Именно в этот момент брюнетка решила обратить свое внимание на мою персону.

— Это и есть ваша жена Нина, о которой вы мне так много рассказывали? — спросила она, глядя на меня свысока, но с любопытством, а Егор при этом нахмурился и покраснел.

— Да. Знакомьтесь, это Оксана, это Нина — моя жена. — тем не менее вежливо сказал Егор.

— Очень приятно. — жеманно прокомментировала она и протянула мне руку лодочкой.

Зря она это сделала, ведь недаром по правилам этикета младшие ждут, когда старшие подадут им руку, а не тянут ее первыми. Девица же была младше меня года на три. Соблюдала бы правила — целее была бы.

Я мило улыбнулась в ответ и пожала ей руку так, как я умею это делать. Своеобразная маленькая месть за ее кривляния и приставания к моему мужу. Егор знал об этой моей особенности, но поздно спохватился. Дамочка уже дула на свои прищемленные пальцы, смаргивая с ресниц непроизвольные слезы. Еще бы — некоторые мужчины не из слабаков, и то кривятся, особенно, если я проделываю это с чувством.

Дело в том, что некрепким на вид телосложением и мягкими пушистыми светлыми волосами я пошла в свою маму, которая была тихим и скромным «небесным созданием» и работала заведующей библиотекой, а вот твердым духом и сильными руками, в отца, который в молодости работал в кузнице молотобойцем, а в последующие годы не раз побеждал на всяких любительских соревнованиях по поднятию и подбрасыванию различных тяжестей. Это совершенно не означает, что на тонких ручках у меня висят пудовые кулаки. Все очень даже пропорционально, только вот сила в руках у меня мужская.

— Извините. — сказал Егор Оксане и потащил меня прочь из здания на автомобильную стоянку, молча запихал вещи в багажник, сел за руль, дождался, когда я займу сиденье рядом и с места рванул нашу золотистую «десяточку». Я смотрела перед собой на дорогу и ждала нагоняя. Спокойного Егора иногда выводили из себя мои эмоциональные выходки. Но оказалось, что не в этот раз.

— Я думал, что у нее глаза выпадут. — неожиданно расхохотался он, машинально сбрасывая скорость.

Я тоже начала смеяться, вспоминая, как она дула на свои пальцы.

— Что ей было нужно? — спросила я, вдоволь насмеявшись.

— Если бы я знал! Вошла в салон, тут же обменялась местами с моим соседом и всю дорогу несла какую-то чушь про парижских модельеров, бутики и парикмахерские салоны. — недоуменно сказал Егор.

— А что ты такого ей про меня рассказывал? — снова спросила я.

— Да ну ее! Дура какая-то! Она спросила: «Как зовут вашу жену?», я ответил: «Нина». Вот и все.

— Действительно, дура. — согласилась я. — Черт с ней! Говори, как съездил, как Париж?

— Эх, Нинок, нам бы туда вдвоем. — мечтательно сказал Егор.

— Да уж. — притворно надулась я. — Кто бы мог подумать — твои приборы так понравятся французским электронщикам, что они тебя за свой счет пригласят на выставку? Никита, наверное, обзавидовался весь. Мне тут его Ирка три раза за две недели звонила и вздыхала по поводу подарков, которые ты мне привезешь. Надеюсь, она не зря вздыхала, подарки-то привез?