Книга Запасная жена, страница 44 – Лина Филимонова

Не хочу! Но, похоже, надо.

Блин. Уже в который раз за сегодняшний день по моей спине стекает холодный пот. Как сложно-то!

Я не мог решиться рассказать все это Веронике, а теперь приходится отчитываться перед ее язвительной мамой…

— Утром я проснулся в одной кровати с Дианой, – выпаливаю я самое страшное.

И, наконец, вижу глаза Вероники. В них такая боль…

— Но между нами ничего не было! – почти кричу я.

— Ты же не помнишь, – вставляет Руфина Ефремовна.

— На это и был ее расчет. А я… знаю, что не хотел и не мог. Я люблю Нику. Диана мне отвратительна. Я просто вырубился.

Сам слышу, что звучит неубедительно. Совершенно по-идиотски. Даже без подробностей про исчезнувшие трусы…

И тут я впервые за сегодняшний вечер слышу голос Вероники.

— Хочешь сказать, ты переспал с Дианой только один раз?

— Я не спал с ней! То есть… именно, что спал. Ничего больше.

— И с одного раза она забеременела?

— Что?!

— Видимо, вы с ней необыкновенно совместимы, – продолжает Ника.

— Что? – как дебильный попугай повторяю я.

— Поздравляю. Ты так хотел стать отцом…

Вероника

— Диана сказала тебе, что она беременна? – лепечет Максим.

— А тебе она разве не сообщила? – спрашивает мама.

— Она врет! – заявляет мой муж. – Этого не может быть.

— Почему же не может. Ты с ней спал…

— Ничего не было!

— Ты сказал, что у тебя отшибло память, – напоминает мама.

— Я… – растерянно бормочет Максим.

Таким растерянным я его не видела, наверное, никогда.

Даже жалко его немного…

Максим не пьет водку. Я это знаю. При мне он всегда избегал крепких напитков и ни разу не напивался. Пил только пиво и, изредка – вино.

Он мне рассказывал, как по молодости, еще не изучив эту свою особенность, выпивал сорокаградусный алкоголь и вытворял всякое. А наутро не мог вспомнить большую часть случившегося…

И сейчас он хочет представить все так, как будто у него с бывшей была только одна ночь. Которую он забыл.

Я не знаю, сколько там у них было ночей. Да это и неважно.

У них будет ребенок.

Мы с Максимом так долго об этом мечтали… А он осуществил эту мечту с другой женщиной.

Я чувствую, как к глазам подступают слезы. Но я не хочу реветь при нем! Не хочу, чтобы он видел меня слабой и сломленной.

Не знаю, почему мне это кажется таким важным… Сохранить достоинство. Не унижаться. Не показывать, как сильно  он меня ранил.

— Тебе пора, – говорю я.

И поднимаюсь.

Обхожу Максима, он вскакивает. И неожиданно вопит…

Опрокинул на себя тарелку супа. Или я ее рукой задела… Нечаянно, конечно. Надеюсь, суп был горячий и ошпарил его подлые причиндалы.

* * *

— Так и ушел с жирным пятном на причинном месте, – говорит мама, входя в мою комнату.

Я пытаюсь улыбнуться.

— Слабое утешение, конечно. Надо было ему туда перца насыпать. Или медом намазать и пчел запустить.

Мама старается меня рассмешить. Я улыбаюсь. Почему это так трудно? Губы складываются скорее в гримасу, чем в улыбку.

— А ведь он реально не знал о ее беременности, – задумчиво произносит мама. -Так сыграть удивление он бы не смог. Да и зачем?

— Он не знал, – киваю я.

Это был настоящий шок.

Я видела всю гамму эмоций на лице своего мужа. От непонимания и удивления до отрицания и неверия. До него еще по-настоящему не дошло, что он скоро станет отцом…

— Он, конечно, козел, – рассуждает мама. – Но все это довольно странно.