Книга Три жениха на мою голову, страница 62 – Лина Филимонова

А если знает… то почему после нашей ночи она побежала к нему? Неужели она так его любит… любила, что готова была простить любую пакость?

Да, я знаю, ее чувства к нему были очень сильны. Были. А сейчас? Что она чувствует к нему сейчас?

Егор

Сумасшедший понедельник. Косяк за косяком. Эти люди вообще могут нормально работать?

Я устроил совещание, разнес подчиненных в пух и прах. Кажется, после этого они хоть немного зашевелились. А я попросил секретаршу принести кофе и задумался, уставившись в окно, где шел снег. Красивый снегопад. Марина очень любит такую погоду. Интересно, что она сегодня делает? Наверняка гуляет к Ксюшей. Хотелось бы мне сейчас быть с ними…

Звонок. Юлька.

После того, как я не ответил на несколько ее сообщений, она решила позвонить… Да что с ней такое? Она никогда не была навязчивой, скорее, наоборот, гордой и неприступной.

Это не я ее бросил, решение расстаться было обоюдным. Мы поняли, что в наших отношениях давно нет того, ради чего их стоит продолжать. Честно говоря, я даже подозревал, что у нее кто-то появился — слишком легко она согласилась на расставание.

Мне оно далось не так уж и просто — я сам от себя не ожидал таких переживаний. Не спал ночами, остро ощущая одиночество, забывал поесть, потому что завалил себя работой. Дело дошло до гастрита.

Иван Юрьевич, наш семейный доктор, тогда долго меня отчитывал. Убедил правильно питаться, а еще — заставил пройти полное обследование всего организма. Я сопротивлялся, но он подключил мою маму — пришлось сдаться. Неделю ходил по всяким МРТ, УЗИ и анализам, как какой-нибудь старпер.

A потом я наткнулся на объявление о продаже Марининой квартиры… и ко мне вернулась радость жизни.

Зачем же Юлька меня теперь донимает? Мне сейчас вообще не до нее.

Но я все же взял трубку. Может, так получится быстрее от нее отделаться.

— Привет, — произнес я.

— Я тебе писала, — усталым голосом сказала Юлька.

— Зачем? Разве мы не все обсудили? В чем дело? Забыла у меня дома любимую помаду?

— Не совсем.

Она замолчала. Неужели она позвонила лишь для того, чтобы загадочно молчать? Или, что более вероятно, у нее не вышло с тем, новым, и она хочет вернуть меня? Поздно. Я не вернусь.

— Давай встретимся, — предложила Юлька.

— Зачем?

— Поговорим.

— Зачем?

— Просто поговорим. Мне это важно. Что, не можешь найти для меня полчаса?

Ее голос стал раздраженным. Я понял, что легче сделать, как она хочет, чем спорить и снова получать от нее сообщения и звонки.

— Ладно, — сдался я. — Но не сегодня.

На сегодня у меня другие планы. Как только освобожусь — поеду к Марине.

— В среду вечером. В "Лаванде". О времени спишемся.

Юлька положила трубку.

А я задумался: может, удастся освободиться пораньше? К сожалению, вряд ли. После обеда еще две встречи, потом надо подписать кучу документов. Но вечером я обязательно навещу Марину и ее… нашу дочку.

Чем больше я об этом думаю, тем сильнее убеждаюсь, что Ксюша — моя дочь. Она определенно на меня похожа. Такой же выпуклый упрямый лоб, тот же изгиб губ. Глаза… светлее моих, но у меня в детстве тоже так было. Потом потемнели. Она также скрещивает руки на груди, как люблю делать я. А еще она ест помаду и пластилин! Почему-то этот аргумент казался мне самым убедительным.

Но дело не только в этом. Реакция Марины тоже очень показательная. Когда я занялся подсчетами дня зачатия Ксюши, она выглядела такой растерянной… Неужели думала, что я не догадаюсь? Но, вместе с этой растерянностью, я заметил и в глубине ее взгляда что-то вроде облегчения.